Дары Крови

Лет за пятьдесят, растрёпанный, уже седой, но с ещё тёмными усами, шёлк многослойного ханбока прикрыт сверху какой-то серой, едва ли не дырявой накидкой грубого полотна, скрывая герб, таким же невзрачным куском ткани и подпоясан.

Адепт встал на пороге, обвёл комнату взглядом и хмыкнул:

— Пришли проведать своих людей? Похвально. То, что решили ещё и помочь их выздоровлению, похвально вдвое. Достопочтенный гаэкуджа?.."

"Адепт поднял бровь, ожидая, когда я назову имя. Мне не то что было что скрывать, напротив, мне нужно было, чтобы меня запомнили, поэтому я без промедления подсказал, причём называя Дом полным именованием:

— Лиал.

— Итак, гаэкуджа Лиал, зачем вы меня искали?

Неуловимо, но тон его изменился. Да и добавленное им в прошлый раз достопочтенный исчезло. Действительно, к чему тратить вежливость на какой-то там Малый дом, о котором он даже не слышал? Меня, несмотря на готовность, ожгло злостью, но я удержал себя в руках, даже считать про себя не понадобилось, тем более, что слова были заготовлены заранее.

— Я командир этих людей, я сдал их вам на лечение и должен получить их обратно.

— Сейчас? — вскинул брови адепт. — Боюсь, это убьёт их. Может, для начала мы их подлечим?

В этот раз мне понадобилось немного посчитать, усмиряя свой слишком быстрый на ответ язык.

— Подлечите, разумеется, достопочтенный…

На этот раз намекнул я. Адепт хмыкнул, засунул пальцы в складку своего пояса, вытянул оттуда синюю бляху и отпустил, заставив повиснуть на шнуре. С нажимом сообщил:

— Для вас, гаэкуджа Лиал, хёнбен Азур.

То, как он загнал меня в рамки армейских рангов было неприятно, но, не для того, кто только вчера спас принцессу, поэтому я лишь едва заметно кивнул и продолжил:

— Подлечите, хёнбен Азур, а потом я сразу их и заберу. Только хорошо подлечите, с полной отдачей, не жалея сил, а не так, как сейчас…

— Что? — изумился Азур. — Вы меня в чём-то обвиняете, гаэкуджа?

Но я не позволил сбить себя с мысли:

— … а если уж им суждено умереть, то умереть они должны своей смертью, а не в вашей дальней палате.

Мой раненый солдат, который чуть порозовел за это время, выпучил на меня глаза, Азур же прищурился:

— Не соображу, на что вы намекаете, гаэкуджа, но вам лучше бы прикрыть рот.

Ирал качнулся вперёд всей своей немалой фигурой:

— Кажется, здесь кому-то нужно поучиться почтительности?

Мгновение, и он буквально поглотил в себя Азура. Но тот ничего не ощутил, не от одной тени, остальные же остались на месте.