Дары Крови

Через минуту я знал, что в домах мертвы вообще все. Не только солдаты, но и простые жители. Лежат без единой раны и без дыхания.

Я не успел задать какого-то следующего вопроса, когда все они вылетели у меня из головы.

Мёртвые тела солдат, что лежали невдалеке, вдруг окутало красное свечение, заставив безымянного идара замолкнуть и отскочить прочь, ещё через миг свечение превратилось в красный столб, высотой в два человеческих роста, что вырос из груди тел, а ещё через миг эти столбы превратились в лучи алого света, которые ударили в тёмное небо.

Кто-то из теней охнул, но я даже не обратил на это внимания, крутнулся на месте, оглядываясь. В половине окон сияло алым, отовсюду — из зданий, с соседних улиц, со всех частей города — били вверх лучи алого света, окрашивая тёмное небо в цвет крови. Где-то потеряно, страшно, завыли собаки. Весь город сиял лучами крови.

Эпилог

Несмотря на ночь, король Реола, Исиор из рода Агуас, был в тронном зале. Один, в темноте, не на троне.

Небо вдруг окрасилось багряным, налилось алым, а затем пролилось вниз, ударив тёмно-красным лучом в самое высокое здание столицы, в купол храма Предков.

Расплывшись в улыбке, которая была незаметна в бороде, Исиор, король Реола наслаждался этим видом. Тишину тронного зала разогнали гулкие слова, которые он произнёс:

— Свершилось, первый Хранитель Химедо пал.

Летописи Реола хранили немало тёмных моментов, бывали в прошлом времена, когда младшая кровь пыталась украсть трон у старших братьев, поэтому послание Истинного Предка, передававшееся от Деко, хранителя традиций к Амо, старейшине и Диа, главе рода, дважды едва не было потеряно.

Один раз Деко и вовсе передавал его внуку, хрипя и умирая от раны, пробившей грудь и повредившей сердце. Поэтому и были сомнения, что обозначенные в послании тысяча лет уже истекли, ведь они считались не от так называемого ухода Предков, а от ухода Истинного Предка.

"Король Исиор был уже стар, его волосы и борода уже полностью побелели. От старости умерли и его отец, старейшина Амо, и тем более его дед, хранитель традиций. Ему пришлось самому нарушить традиции и передать знание о послании Предка сыну, который всё ещё считался не более чем наследником, поколением Албо и не имел права на это знание.