Давай сделаем это

И теперь я не знала, что делать.

Тяжело вздохнув, Вадим поставил стакан на подоконник и притянул меня к себе.

— Всё будет хорошо. Ленка — боец, она справится, — ласково погладил он меня по спине.

Я уткнулась лбом в грудь Вадима. Я была благодарна ему за поддержку. Вадим действительно хороший и светлый человек. Я бы искренне хотела, чтобы он остался в моей жизни. Только уже в качестве друга. Не знаю, возможно ли это…

Я отстранилась, а Вадим кивнул головой в сторону вернувшихся Назара с отцом.

— Пойдем узнаем, может, что-то стало известно.

Мы поспешили к ним. Назар скользнул по нам равнодушным взглядом.

— Вы говорили с врачом? — торопливо спросил Вадим.

— Да, жидкость откачали. Лене стало лучше, она уже может дышать, — дрожащим голосом ответил Николай.

Этого сильного статного человека трясло от облегчения. Наталья, прикрыв рот ладонью, громко всхлипнула. А у меня перед глазами поплыло. Как в тумане я посмотрела на Назара. Он стоял прямой, окаменевший, неподвижный…

Всей душой я тянулась к Назару. Мне так хотелось обнять его, молчаливо заговаривая страх и чувство вины.

Но я не могла.

— К ней пускают? — спросил Вадим у Назара.

Тот медленно покачал головой. Он пребывал в каком-то пограничном состоянии и казался лишь тенью самого себя. Как вывести Назара из этого оцепенения я не знала.

— Сегодня к Лене точно никого не пустят. Она под сильными лекарствами и проспит весь день, — сказал Николай. Подойдя к Назару, он положил руку ему на плечо. Отец чувствовал, что творилось с его сыном.

Наталья поднялась с дивана.

Ее лицо уже не было таким бледным и усталым. Надежда поселилась в серых глазах. Она посмотрела на нас с Вадимом.

— Ребята, езжайте на учебу. Я буду с вами на связи. Если появятся какие-то новости, я сразу позвоню. Я так рада, что у Лены есть такие друзья…

На последней фразе голос женщины дрогнул.

Вадим кивнул и посмотрел на меня.

Я покосилась на Назара. Он опустился на стул, упершись локтями в колени. Вся его поза была какой-то неприкаянной, словно этот парень не знал, куда себя деть.

Он уже поговорил с врачом, досконально изучил прописанные сестре лекарства, посоветовался с хирургом из другой больницы. А дальше… А дальше всё зависело только от самой Лены…

Острое чувство жалости, пронзившее сердце, притупило всё остальное. К черту! Я останусь с Назаром. Как бы это ни смотрелось со стороны.

— Нет, я еще побуду здесь, — твердо сказала я, глядя Вадиму в глаза.

Я хотела соврать, что наши пары отменили, но остановила сама себя. Нет.