Давайте все убьем Констанцию

Она кричала: «Как мне вернуться, где следующий след, как мне вернуться?»

Веки Квикли дрогнули, как стрелки прибора, который показывал движение мысли. Он всхрапнул.

– Брат указал ей, куда идти, и она пошла… Но потом она сказала: «Я заблудилась, покажите мне дорогу»… Значит, Констанция хочет, чтобы ее нашли… Верно?

– Да. Или нет… Бог ее разберет!

– Похоже, она и сама ничего не разберет. Наверное, из-за этого и все ее вопли. А мне плевать. У меня дом крепкий – из кирпича. Мой – уж точно устоит.

– У других что-то не очень устоял.

– У первого мужа, у Калифии и у братца?

– Боюсь, это слишком долгая история.

– Только вот не надо строить из себя бешеную курицу – куда меня посадят, такие я и снесу яйца… Красный галстук? Будут красные яйца. Синий ковер? Вот вам синие. Розовый лифчик? Розовые… Как я. Видите вон ту клетчатую простыню?

На самом деле простыня была белая – и я сказал ему об этом.

– У вас плохое зрение… – Он уставился на меня. – И вы, уж точно, слишком много болтаете. Вы меня утомили. Всего хорошего… – Веки его захлопнулись.

– Я занят, – пробормотал он. – Как меня зовут?

– Да-да-да-да… – И он захрапел.

Такси отвезло меня обратно к морю, в мое бунгало с видом на океан. Я должен был все переварить и обдумать.

И тут в мою дверь словно ударил отбойный молоток: бумс!

Не дожидаясь второго удара, с которым она вылетит к чертям, я бросился открывать.

Луч фонарика, бьющий сквозь бриллиант дверного глазка, чуть меня не ослепил.

Я чуть не провалился сквозь землю от такой наглости – назвать меня Эдгаром Уоллесом, поставить рядом с этим дешевым статистом из массовки!

– Кого я вижу – Фриц! – выкрикнул я, открывая дверь.

Фриц Вонг прошелся по ковру так, как будто выбивал из него пыль или разнашивал армейские ботинки. Затем со скрипом остановился, и, выхватив откуда-то из воздуха монокуляр, уставил его прямо на меня.

– Постарел! – радостно воскликнул он.

– Ты тоже! – парировал я.

– Ты первый начал! – набычился я. – Сам-то понял, кем ты меня обозвал?

– Ну, а если… Джон Стейнбек?

– Ладно, пойдет… Только не ори – достал уже.

– Вот так нормально? – Он перешел на шепот.

– Нет, все равно громко.

Фриц Вонг громогласно расхохотался.

– Узнаю своего ублюдка-сынка!

– Узнаю своего сифилитика-папашку!

Неистово гогоча, мы сцепились в железной хватке, которую принято называть дружескими объятиями. Фриц Вонг вытер глаза.

– Ладно, с формальностями покончено, – прорычал он. – Как ты?

– Скорее жив, чем мертв.