Давай не отпускать друг друга

— Ну, давайте, с богом, — Виталий Федорович захлопнул дверь багажника. — Игорь, езжай аккуратнее.

— Я всегда аккуратен.

— Сынок, отойдем на два слова, — потянула Надежда Георгиевна сына за рукав.

Виталий Федорович закатил глаза и забрал младенца у сына.

— Иди, Данька, дед тебя перед разлукой покачает.

Данила Игоревич Золотов мирно спал, не реагируя на передачу из рук в руки. И на очередной рассказ деда и смех матери.

***— Что, мам?

— Тут такое дело, сынок, — немного неуверенно начала Надежда Георгиевна.

— Какие дуры? — тут же методично принялся уточнять сын. — Что случилось?

— Да одна дура! — раздраженно ответила Надежда Георгиевна. — Я ей потом все высказала, да толку-то? Данюшка у нас богатырь, Риту подрезали аккуратно.

— Я знаю.

— Ты не знаешь, как ее зашили! Мы, говорят, Надежда Георгиевна, из уважения к вам сыну вашему жену снова девочкой сделали. Как лучше хотели! Идиотки.

Игорь молчал. Потом кашлянул.

— Узко ее зашили, Игорь, — совсем тихо закончила Надежда Георгиевна. — Имей в виду, когда… Ладно, ты понял.

— Понял, — так же тихо ответил он. Надежда Георгиевна с удивлением заметила на лице сына легкий румянец. Словно он застеснялся.

— Ну хватит уже шушукаться! — раздался громкий голос Виталия Федоровича. — Мать, давай отпускать молодых домой!

***Рита встретила его поцелуем в щеку.

— Ужинать будешь?

— Буду, — он с неохотой разжал руки. — Где Данчо?

— Гулять ушел, — усмехнулась Рита.

Они обменяли две своих квартиры на одну просторную трехкомнатную. И выбрали вариант в соседнем дворе от дома родителей Риты. Это было чрезвычайно мудрым решением, и все лето Даня гулял по очереди то с дедом, то с бабушкой, но чаще всего — с гордой своим званием прабабушкой. Поэтому Рита уже в Данькины два месяца вышла на работу — на несколько часов в неделю, но все же. Не ради денег, а ради… просто ради себя. Игорь не возражал, он был рад за Риту.

Щелчка замка ванной он не расслышал из-за шума воды. И понял, что не один, лишь когда по спине потянуло прохладным воздухом. А потом к нему сзади прижалось обнаженное женское тело.

— Рита… — только и смог беспомощно выдохнуть он.