Давай не отпускать друг друга

— Если бы были — знали бы, — ответно хмыкнул доктор Золотов. — А стресс?

— Вся наша жизнь — один сплошной стресс, — пробормотала Рита. А что, если и в самом деле из-за Ромы? А, может, она вчера и правда ударилась плечом — в один из тех моментов, о которых ничего не помнила? Нет, синяк должен быть тогда…

— А стресс, более сильный, чем обычный? — он, кажется, заметил, ее внутренний диалог.

— Был, — коротко и неохотно ответила Рита. — Буквально вчера.

— Ну что же, — он кивнул. — Тогда раздевайтесь.

— К-к-к-ак? — от неожиданности Ритка стала заикаться.

Она как-то упустила из виду, что на приеме у врачей принято раздеваться. Вот же черт…

— До белья, — сухо и коротко ответил доктор Золотов. И принялся писать что-то в ее карту.

Ну что, Маргарита Николаевна, или раздевайся, или вставай и уходи. Третьего не дано.

Рита выбрала первое. Потому что плечо по-прежнему ныло. И торопливо принялась расстегивать замок на кофте и стаскивать штаны, внутренне радуясь тому, что он не смотрит.

— Ложитесь, — он повернулся ровно в тот момент, когда Рита осталась стоять в трусах и лифчике.

Ярко-розового карамельного цвета, слава боже, что и то, и другое непрозрачное, ближе к спортивному. Рита, не удержав вздоха, полезла на высокую кушетку с дыркой для головы, прикрытую одноразовой простынею. И обреченно уставилась в потолок. Сняв одежду, Рита с ней растеряла и всю свою только что обретенную уверенность.

Он подошел со стороны головы, аккуратно повертел ее в разные стороны, потом зашел с другой стороны, взял за щиколотки и легонько потянул на себя.

Снова вернулся с другой стороны кушетки, потрогал плечи. Ритка почла за лучшее закрыть глаза, черт с ним, с потолком, ничего интересного там все равно нет.

— Скажите, а операций у вас не было?

— Что? — Ритка от неожиданности вопроса снова раскрыла глаза. — Нет, я ничем не болела серьезным, чтобы меня оперировали.

— Я спрашиваю, потому что у вас есть легкая асимметрия в нижней части. Такое бывает, в том числе, если есть послеоперационные шрамы.

Они тянут. А для того, чтобы оперироваться, необязательно болеть. У женщин, например, может быть шрам после кесарева сечения.

Ритка приподняла голову. А, да, трусы высокие, прикрывают живот почти до пупка.

— Нет-нет, голову не поднимайте, — скомандовал доктор Золотов.

— У меня не было кесарева, — Рита послушно вернула голову на место. — Ой, я вспомнила! — снова подняла голову — и снова ее положила на место под его взглядом. — Мне в детстве паховую грыжу вырезали.