Можно ли стать еще ближе, чем мы есть сейчас? И можно ли стать более далекими, чем мы будем потом?
Рома не спешит ускоряться, хотя я знаю, как он хочет, как сдерживает себя, чтобы дать мне время насладиться. Он двигается медленно, но сразу глубоко и на всю длину. Я вижу, как капельки пота стекают по его виску от напряжения. Хочется поцеловать их.
— Поцелуй меня, — умоляю я.
Хочу почувствовать его язык у себя во рту. Рома сначала слегка посасывает мою нижнюю губу, оттягивает ее, а потом начинает целовать сразу настойчиво, повторяя языком движения его члена.
Потом он начинает ускоряться. Быстро, неутомимо, придерживая меня за бедра, резко входит в меня, вколачиваясь со всей возможной силой. Вот он такой и есть — несдержанный лев, который имеет свою самку.
Рома выходит из меня, когда отголоски моего оргазма разносятся по всему телу, меня пробивает дрожь, а пальцы на ногах немеют, что приходится их сжимать. Я чувствую как живот и грудь вся в горячих следах его спермы, я чувствую ее запах и даже знаю, какая она на вкус.
Рома ложится со мной рядом и утягивает меня на себя, пачкаясь в следах нашей страсти, но его это, похоже, никак не смущает. На лице у него глупая улыбка довольного льва. Мы дышим часто и одновременно, я слышу с каким глухим стуком отдает его сердце, разнося по вена кровь и посторгазменное удовольствие.
— Мне надо в душ, — первая произношу я, предпринимая попытку отлипиться от него и встать.
— Вместе пойдем, — Рома держит меня крепко, не давая ни единого шанса даже повернуться в другую сторону, — я тоже немного испачкался.
— Нет, Багров, в душ я с тобой не пойду, — первый раз за все время улыбаюсь я.
— Это еще почему? Мне казалось тебе понравилось в душе, — намекает он на наш секс в душе в том домике на озере.
И конечно же одну мыться он меня не отпустил, он пошел вместе со мной, где мы еще раз занялись сексом, а потом вернулись в спальню, где Рома снова прижал меня к матрасу. Он как изголодавшийся хищник, дорвавшийся до своей добычи.
Но в его ласках уже присутствует нежность, аккуратность и забота. Дикий зверь, которого приручили, одомашнили."
"Утро наступило неминуемо. Если я раньше не любила ранние подъемы, то сейчас я их просто ненавижу. Ненавижу это яркое солнце, что светит в окно, ненавижу шум машин за окном. Я провела одну из самых лучших ночей в своей жизни, проспав от силы часа три. А еще мне предстоит отправиться в аэропорт и уехать на месяц в незнакомую страну.
