Как вы думаете совмещать это со службой в министерстве и противостоянию оппозиции?"
"– Разве не понятно? – безразлично произнес Сиэль, вспоминая последний диалог с женой в карете по дороге домой, который осел неприятным осадком на его душе. – Набери людей в подчинение, которым сможешь доверять. Отныне, ты – мой главный управляющий и делами герцогства заниматься будешь сам, не считая некоторых вещей, которые без моего внимания оставлять нельзя.
– А как же вы? – опешил Жак, который уже и не верил, что когда-нибудь услышит от герцога, что тот сможет довериться другим людям.
А теперь еще и отправится во дворец, который ненавидел, к людям, которых презирал.
– А у меня теперь другие заботы, которыми я слишком долго пренебрегал. Нужно жить дальше, прекратив оглядываться назад и вечно бояться последствий.
Глава 7
Глава 7
– Леди Ария, право слово, я не могу принять это! – сдерживая восхищенное придыхание, хищно смотрела леди Моретт на принесенный наряд, от которого не могла отвести взгляд. Будучи признанной законодательницей моды уже несколько лет кряду, Надин Моретт не могла не оценить мой подарок.
Дочка графа прекрасно понимала ценность данного подарка, но не считала, что заслужила его хоть чем-либо, потому принять не могла. Однако и просто проигнорировать столь утонченную и необычную вещь была не в силах, обладая тонким чутьем, которое при одном взгляде на наряд буквально вопил, что этот образ просто взорвет все закостенелое высшее общество. А для истинных модниц нет большего удовольствия, чем привлечение всеобщего внимания.
Сегодня она приехала с графом Моретт в наше поместье, чтобы в очередной выразить свое почтение и благодарность с кучей даров, дабы замять ситуацию с пощечиной и избежать гнева Сиэля. Пока граф общался с Сиэлем, решая свои вопросы по делу, которые меня не волновали, я пригласила на чай его дочь по личным мотивам. Потому не удивительно, что леди Надин сконфужена тем, как все обернулось подобным образом и именно она внезапно станет одариваемой персоной, а не я.
– Отчего же? – чинно ставя чашку с чаем на блюдце, спросила я, мягко улыбнувшись девушке, на чьем красивом лице заалел прелестный румянец. Девушка была чудо, как хороша, и я в который раз подумала о том, что поступила правильно, не позволив ей загубить свою жизнь в супружестве с тем ублюдком.
– Прошу, Ваша Светлость, не примите мои слова за неблагодарность или невежество, – забеспокоилась Надин, следуя правилам хорошего тона.
