Даже если ты уйдешь (СИ)

А Эсми крепко обняла отца, пытаясь успокоить его. В который раз она пожалела, что всё скрывала от родителей, изображая видимость счастья. Так делали тысячи женщин до нее. Так будут делать тысячи женщин после.

Глава 8. Отдай его мне

Прошло несколько дней. Благодаря Герасиму Андреевичу видео с ее участием удалили с Youtube, а информагентства “грохнули” статьи о драке на барахолке. Эсми с детьми перебралась к родителям и заняла свою бывшую комнату, только устроила там детей, а сама спала в маленькой комнатке для гостей, где стояла только кровать и старинный сундук, доставшийся в наследство от бабушки.

На нем, как и положено в восточных семьях, стопкой лежали многочисленные яркие копяшки (в каз. языке — корпешки) — сшитые вручную длинные одеяла, которые издревле расстилали по всему периметру комнаты, когда приезжали гости и накрывали дастархан на полу. В первую же ночь в родительском доме она спала как младенец, несмотря на навалившиеся проблемы.

На следующий день Эсмигюль встала ни свет ни заря, чтобы приготовить самсу для магазинов.

Потом папа отвез ее с детьми практически до дома свекров, так как именно там находились магазины и детский сад. На обратном пути попали в утреннюю пробку, и Эсми всё переживала, что папа опоздает на работу. Вечером Эсми задумалась, стоит ли игра свеч: надо ли ей делать такой крюк или лучше найти садик и магазины рядом с домом. Плюс еще одна задачка в копилку. Голова гудела, но нельзя было ни на минуту раскисать.

Через три дня после посещения УВД ей позвонили с незнакомого номера.

Она только вернулась домой и валилась с ног, потому что обошла всю округу и предлагала свою выпечку на продажу. В трех магазинах забрали на пробу и обещали перезвонить. Подумав, что это потенциальный заказчик, Эсми быстро взяла трубку и бодро ответила:

— Слушаю!

На другом конце провода немного помолчали, но Эсмигюль слышала размеренное дыхание и какой-то шум вдалеке.

— Говорите.

— Эсмигюль, — стоило звонившей открыть рот, как Эсми все поняла. Она тут же напряглась, нервы натянулись тонкими струнами.

— Хабиба…Зачем звонишь? — Эсми медленно опустилась на край дивана.

— Я знаю, тебя уже вызывали в полицию.

— Благодаря тебе.

Любовница мужа усмехнулась и продолжила:

— Но я подумала…и решила пойти тебе навстречу. Все-таки у тебя маленькие дети. И они дети моего любимого мужчины.

Эсмигюль сдержалась, чтобы только не взорваться и не обматерить ее.

— Это мои дети, — процедила женщина. — Только мои.

— Никто не спорит.