Иссиэль потер бровь:
— Как именно покушались?
— Метнули кинжал из темного угла, — Станаэль положил мощные ладони на столешницу, сдерживая чувства. — Мальчишка и так похож на тень. Я приставил к нему старого Кхана, из степняков, ты его должен помнить.
Иссиэль кивнул. Старик еще крепок и глаза у него зоркие. Раненого степного лучника единороги подобрали на границе своих владений и приютили в замке. Он обучал молодежь стрельбе, учил наблюдать за птицами и охотиться с ловчими кречетами.
— Что он доложил?
— Кхан уверял, что всю неделю ходил за парнем как тень.
Подозрительного ничего не видел. Утром его позвали к воротам, принять новых птиц.
— Отвлекли, — сообразил лорд. И тут же подозрительно уставился на верховного: — дядя, зачем ты мне все это так подробно объясняешь?
— Теперь за черного отвечаешь ты! — верховный лорд встал, практически отбросив кресло и прошелся по залу, тяжело топая сапогами.
— А как же дань, или долине уже не нужны девушки? — удивился Иссиэль.
— Юнцов я приставил к делу, — отмахнулся лорд, — пускай строят стены и не думают о глупостях.
Нынче степнячек уже десятка два привели, хватит на этот год. — Лорд огляделся и поманил Иссиэля к столу, разворачивая карту: — На границах что-то назревает и нам понадобится каждый боец. Вот здесь, здесь и здесь заметили мелкие отряды по дюжине человек. Здесь поселился отшельник. Якобы. Но домину себе отстроил — два взвода поселить можно!
— Опорный пункт? — быстро сообразил единорог.
До глубокой ночи они с лордом обсуждали данные разведки и пограничников, а напоследок верховный еще раз напомнил, что его лучшему советнику придется беречь парнишку, но не объяснил, в чем великая ценность подростка.
Иссиэль только вздохнул и пошел разыскивать черного.
Парень отыскался в сарайчике с инструментами, корзинами и прочим огородным инвентарем. Блекрайн сидел на пороге и вил бечевку из оческов пакли. И если бы лорд не применил чутье своей второй ипостаси, то не нашел бы худощавого подростка в темной одежде.
— Доброй ночи! — поздоровался он, присаживаясь на корточки и рассматривая старательное и умелое рукоделие.
— Доброй ночи, лорд Иссиэль.
Голос мальчишки был слабым, словно доносился издалека, а еще где-то рядом отчетливо пахло рвотой.
— Что с тобой? — мужчина моментально схватил тонкое запястье и ощутил нитевидный пульс.
Сухие губы, бездонные зрачки, бледность…
— Тошнит, — еще тише признался парень, — и голова кружится, встать не могу.
