Даже Смерть знает мое имя

— Занимаем позиции! — крикнул я.

Григорий пристроился у соседнего окошка. Бледный Жорка вместе с Анной взяли на себя ещё одно, а остальные достались простолюдинам, вооружённым винтовками и револьверами.

— Атакуем! — приказал я, увидев вырвавшуюся из прорыва троицу здоровенных тварей, похожих на рогатых горилл, покрытых костяной бронёй.

Мигом защёлкали винтовки, выплёвывая пули. Однако свинец оказался не в силах пробить броню горилл. Из-за выстрелов в броневике только с каждой секундой все острее и острее пахло пороховыми газами.

А они предательски пробирались в мой нос и щекотали его, благо не мешали магичить.

Я с азартном швырнул в горилл несколько магоформ Ж и Ё-ранга, целясь в налитые кровью маленькие глаза. Почти все ушли в молоко, но две попали в буркало ближайшего монстра, заставив его раззявить жёлтую слюнявую пасть, полную острых зубов. Чудовище издало громкий предсмертный рёв и грохнулось на землю, подняв облачко пыли. Мои магоформы превратили его глаз и мозг в ошмётки гнили. А душу зверя схватил «бумеранг» и притащил её мне.

Тут же в труп гориллы угодила бледно-чёрная магоформа судорожно дышащего Жорки. Она превратила гориллу в зомби, послушного воле некроманта.

Зомби вскочил на ноги и вонзил клыки в загривок своего собрата. Тот болезненно зарычал, и они покатились по улице, царапая друг друга когтями и кусая. Во все стороны полетели осколки костяной брони, капли крови и подрагивающие куски плоти.

Третья же горилла врезалась в выросшую на её пути мощную земляную стену, вызванную Черновым.

Оглушённый зверь зашатался, что дало мне возможность спокойно добить его несколькими низкоранговыми магоформами и завладеть душой.

В это же время зомби умудрился одолеть своего собрата. Растерзанное тело гориллы осталось лежать на земле в луже крови. Нижняя челюсть оказалась вырвана, а глаза были вдавлены в треснувший череп. Душа же отправилась по известному адресу — в мой карман.

Правда, зомби ненадолго пережил своего противника. Его голова оказалась вывернута под неестественным углом, а позвоночник был перебит.

Он торчал из окровавленной спины, лишившейся костяной плиты, которую в пылу битвы оторвала погибшая горилла. Но именно сломанный позвоночник не позволял зомби нормально функционировать. Поэтому некромант перестал подпитывать его маной и оживил другую гориллу, ту, что с десяток секунд назад встретилась со стеной Григория.

— А у нас неплохо получается, — несмело проговорила Анна, выдавив бледную улыбку. — Даже как-то легко.