– Мы сейчас уйдём порталом, – продолжил Луиджи, – об этом никто не должен знать, кроме Архижреца. Предупредите его и скажите, чтобы нашел способ скрыть наше исчезновение.
Последнее сделать несложно. Верховному не составит труда потянуть время и сообщить, что мы решили задержаться ради дополнительного благословения.
Перед свадьбой это обычное дело, и такой молебен занимает намного больше времени.
Получив указания, жрецы мигом испарились, а маги генерала открыли портал в Итуварэ. Затолкав туда тело Вэйна, Габриэль шагнул вслед за ним, а затем в рощу переместились и мы с Луиджи.
Там нас ждали проверенные шаманы. Оставалось лишь использовать магию Сердца, чтобы навсегда запечатать душу эскарца в Священной роще. Корни Дерева Жизни станут его вечной тюрьмой и досуха выпьют Слезу, подарив жрецам Итуварэ возможность контролировать сумеречный источник магии.
Разумеется, мы перестраховались и на случай, если кто-то в будущем захочет использовать Рощу в дурных целях. Золотой заставил всех, кто примет участие в ритуале и получит доступ к Древу, принести священную клятву.
– Анариэль, вы готовы? – ко мне подошёл главный жрец Итуварэ.
– Да, – кивнула, занимая своё место у рунического круга.
Мне предстояло сыграть главную скрипку в ритуале, но прежде чем мы начали, взгляд невольно соскользнул на связанного Вэйна. Он так и не обернулся в человека, хотя магия Рощи должна была развеять его чудовищную ипостась.
Странно…
В храме мне очень хотелось узнать, как же сумеречный дошёл до такого и рискнул слиться с амулетом.
Но сейчас настораживало, что он слишком уверенно чувствовал себя в этом теле. Это явно не первая трансформация!
Все оборотни и анимаги долго привыкают к другой ипостаси. Когда я впервые перекинулась ящеркой, то просто лежала на полу, загребая лапками по паркету, и истерично шипела. Морра в этот момент стояла рядом, успокаивая меня и поясняя, что нужно делать.
Но Вэйн превосходно чувствовал себя в обличье монстра и даже сейчас не собирался трансформироваться обратно.
Или… он не мог этого сделать?
ГЛАВА 27.3
В любом случае, Священное дерево удержит эскарца. И чем темнее окажется душа принца, тем крепче оплетут монстра корни живой тюрьмы. Только… что же он такое на самом деле?
– Анариэль, – ко мне подошёл Габриэль, – что-то не так. Я совершенно не чувствую человеческой ипостаси Вэйна, но зато отчетливо вижу в его теле две души.
– Одержимый? – опешила.
Подобное встречалось очень редко.
