Ведь мы для этого здесь и собрались, верно?
– Я и остальные девушки не товар на витрине, – внутри всё закипало от ярости, но голос прозвучал ровно, – будьте добры, впредь осматриваться, как подобает воспитанному магу.
На холёной роже эскарца заходили желваки. В отличие от внешности, моя дерзость ему не понравилась.
– Мне необходимо засвидетельствовать почтение императрице, – напомнила, скользнув взглядом по напряжённому и злому лицу дракона.
Удивительно, как имея настолько правильные черты, можно выглядеть так мерзко! В принце отталкивало всё, начиная с порочно изогнутых губ и заканчивая острыми как лезвия скулами, придающими и без того хищному лицу сходство с чудовищем Тёмного отражения.
Я не могла отделаться от этой мысли, хотя и понимала, что это глупо. Вэйн обычный дракон, пусть и очень сильный. О последнем говорили множественные ритуальные татуировки, оплетающие его обнажённые предплечья чернильными змеями. По количеству и качеству этих узоров можно многое рассказать о любом эскарце.
Поэтому они носили их гордо, предпочитая камзолам кожаные жилеты или туники с разрезами на рукавах.
Для встречи с невестами и императорской четой Вэйн выбрал последний вариант, заодно украсил длинную смоляную косу алыми бусинами и нитями из чёрного жемчуга, ещё больше подчеркнув свой высокий статус, боевой опыт и силу."
"Только это не впечатляло, и я невольно сравнила его с Габриэлем. Генералу не нужно подчёркивать значимость и Силу. Она и так чувствовалась в каждом движении и даже во взгляде.
– Ваша светлость, – голос дракона неожиданно смягчился, и он порывисто шагнул ко мне, а я отскочила назад словно мангуст, приготовившийся сражаться с песчаной коброй. – Я вас напугал? – Вэйн удивлённо вскинул брови.
– Мне не нравится ваша чрезмерная настойчивость и избирательная глухота, – ответила прямо. – Повторяю: уйдите с дороги…
– Есть идея получше, я сам провожу вас, – губы эскарца растянулись в ядовитой улыбке, – и прошу простить, если чем-то обидел.
Ваша красота сводит с ума, а дерзкий нрав лишает самообладания.
– Для воина последнее недопустимо, вам стоит поработать над контролем, – отрезала, с удовольствием отмечая, как побагровело лицо собеседника.
Удар попал в цель. Он разозлился, и вспышка его ярости привлекла внимание стражей-менталистов. На нас смотрели уже не заинтересованно, а настороженно.
– У вас слишком острый язык, – слова Вэйна прозвучали как предупреждение, – но я не намерен ссориться.
