Дебютная постановка. Том 1

Если бы получилось наоборот и смерть в результате бытового преступления выдавали за героическую гибель – тогда да, можно было бы засомневаться, ведь, как сказал и сам Валентин Евгеньевич, быть вдовой и детьми героя куда выгоднее. В этих случаях велик соблазн солгать. А какой смысл скрывать, что твой муж или отец пал на боевом посту, и выдавать его гибель за банальное убийство из ревности, к тому же открыто признавая, что покойный был крайне нечистоплотен в личной жизни? Никакого смысла в такой лжи нет.

– Нет источников? Так ищите! – неожиданно рассердился Губанов. – Вы пришли сказать мне спасибо, значит, больше не собираетесь задавать вопросы. Считаете, что выжали меня досуха и ничего интересного я уже не расскажу. Так?

Петр молчал. А что тут скажешь?

– Так или не так? – грозно повторил старик.

– Но если убийство следователя Садкова не подходит…

– А если подходит?

Петр окончательно растерялся.

Губанов долго молчал. Его манера держать мхатовскую паузу изрядно раздражала, но Петр решил набраться терпения и с достоинством выдержать и надвигающуюся бурю, и свой позор. Секунды сливались в минуты. Одна. Две…

– Сын Садкова хотя бы назвал вам имя того, кто убил его отца? – неожиданно спросил Николай Андреевич вполне мирным тоном.

– Нет. Он, кажется, и не знает. Или забыл.

– Что же, ему не интересно было?

– Николай Андреевич, он был ребенком двенадцати лет.

Вполне естественно, что ему и в голову не пришло поинтересоваться именем и фамилией преступника. Он только знал, что это бывший любовник женщины, к которой ушел его отец. Мать этого не скрывала, сразу рассказала ему. Разве этого недостаточно?

– А вдова Садкова? Вы с ней говорили?

– Она умерла, к сожалению.

– А женщина, к которой ушел Садков?

Петр не знал, что ответить. К такому повороту он не подготовился.

– О ней ничего не известно, – попытался вывернуться он.

– Вот что получается, когда людей не допускают к архивам, – сердито проворчал Губанов. – Рождаются сплетни и черт знает какие мифы. Ладно, юноша, доставайте свои причиндалы, блокнотики, диктофончики или что там у вас припасено. И приготовьтесь слушать: история будет длинная. Рано вы меня со счетов списали, рано.

Продолжение следует"