Спустя пару секунд, мы устремились дальше к стене. Потом тонко вскрикнула Дина, голова которой лежала на плече Хродана, и в поле зрения девушки попадало пространство позади нас. А за моей спиной послышался голос, который сейчас очень слабо походил на женский.
— Девчонка принадлежит Школе!
Ускорившись, я оглянулся назад. Увидев мчащуюся за нами Арсу. Одежда женщины по большей части сгорела, плоть восстанавливалась прямо на моих глазах, а глаза полыхали фиолетовым пламенем. Воздух вокруг неё был заполнен дымкой, а в руках же адептка Школы Трёх Черепов сжимала что-то вроде длинного шеста с лезвием на одной из его сторон.
Как она выбралась из того пекла, что устроил Илдус, я не знал. Но ответного её удара по нойну не почувствовал. Судя по всему, поимку Дины наша противница сочла более важной задачей, чем победа в схватке с правителем башкир. И, поняв, что мы ускользаем, покинула поле боя, устремившись следом.
Расстояние между нами быстро сокращалось и я всё же приготовился пустить в дело ещё одну «особую технику», рассчитывая, если не убить, то хотя бы задержать Владеющую.
Но тут на поле боя возник Илдус. Вылетел полыхающим болидом из того самого марева и едва ли не молнией рванул к женщине. Окружённый настоящей огненной стеной, через которую были едва видны очертания фигуры.
Теперь я куда лучше понимал причину его тотального недоверия и ментального сдвига. Иначе и быть не могло — только не сразу с семью огненными духами, которые отчётливо просматривались рядом с его аурой. Связанные с мужчиной, но не слитые с ним.
Сохранившие ощущение самих себя. И, естественно, корёжащие его разум. Даже один такой — фактор риска. Семь — почти гарантированное безумие. Чудо, что он вовсе мог связно говорить и общаться с людьми, а не просто убивал всех, кого видел.
Через доли секунды болид впечатался в Арсу, проламывая её щиты и отбрасывая в сторону. А я вынужденно затормозил — выросшая на нашем пути огненная стена не оставляла иного выбора."
"Хродан, уже растворивший свой ледяной шест, ударил техникой, послав в сторону препятствия мощную волну льда.
Но та лишь слегка поколебала пламя. Стоило же мне свернуть направо, чтобы облететь преграду, как та моментально сдвинулась.
Замерев, я крутнулся на месте, разворачиваясь назад. В разуме пульсировала боль Снежка и бушевал гнев. Самая настоящая ярость. Дедушка предупреждал, что путешествие будет непростым, и большинство людей, встретившихся на пути, отнюдь не будут хорошими. Но такого я всё равно не ожидал.
