— Генерал? Вот так новость! Чем обязана позднему визиту? Пришли посмотреть, как я обустроилась?
Все сирены обладали завидной стрессоустойчивостью. Я не была исключением. Пожалуй, только благодаря этой способности у меня не пропал дар речи, когда увидела на пороге главу безопасности. Мало того что во всем белом, так еще с корзинкой в руках!
Чтобы узнать, что в ней, мне не пришлось снимать артефакт, ведь из-под кружевной салфетки выглядывала гроздь винограда, зрелый персик показывал оранжевый бочок, а сочный апельсин оказался настолько ароматным, что с легкостью пробивал магическую преграду.
— Держи, — проговорил Майе, протягивая ношу и слегка напирая.
Я вынуждена была отстраниться. Нежданный гость воспользовался ситуацией и без приглашения вошел в гостиную.
— С чего вдруг такая щедрость? — вопреки намерению проявить любезность, неизвестно почему превратилась в колючего ежа.
— Ты почти ничего не съела вечером, — сказал он без привычной иронии и презрения, разглядывая комнату.
Второй раз за вечер я почувствовала, как брови покидают излюбленное место. Забота и Майе — две несовместимые вещи! Не иначе как на разведку пришел, а корзинку использовал в качестве прикрытия.
— Побоялись, что умру от голода и вам придется искать нового дегустатора? — сорвалась с языка очередная издевка.
— Возможно. Не помешал?
Сама того не желая, я уставилась на генерала. Хотя нет, слукавила. Разглядывать его доставляло мне не меньшее удовольствие, чем смотреть на море или звездное небо.
За холодной внешностью и показной неприступностью Демона Ночи скрывалась бунтарская, полная огня натура. Мне ли не знать?
Мой взгляд прошелся по широкому лбу, серым глазам и замер на мужских губах. Память весьма некстати подбросила пару пикантных сцен из жаркой летней ночи. Закрыть глаза и протяжно выдохнуть — единственное, на что хватило сил в неравной борьбе с собой же. Этого оказалось достаточно, чтобы собрать воедино разрозненные мысли.
— Как видите, гостей я не принимала, поэтому нет, не помешали, — прохрипела в ответ.
Волна злости незамедлительно зародилась в груди и пронеслась по телу удушливым жаром. Майе обладал поразительной способностью то и дело нарушать мое душевное равновесие. Рядом с ним я ощущала себя менее сильной, и этому чувству пора было положить конец.
«Соберись, Рина! Не дай себя растоптать!» — пронеслись в голове мысли.
— Я слышал мужской голос. Вдобавок в комнате ощущается холод.
