- Не боишься оставлять мотоцикл без присмотра?
- Разве что немного, - улыбается, открывая дверь в мой подъезд. - Давно хотел спросить. Почему такой… как бы сказать, не по твоему статусу дом?
- Главное, что внутри, а не снаружи. Внутри у меня две выкупленные квартиры, заработанные своей головой, а не передницей. И в каждую комнату я вкладывала душу. Да, двор и подъезд хреноваты, откровенно говоря, но внутри красота. Ну по моему вкусу, красота. Да и мне сложно расстаться с тем, во что я вложила душу. Хотела бы свой дом, с красивой лужайкой, но… нет.
Квартира как-то безопаснее, особенно моя.
- Ясно.
- Андрей? - вставив ключ в замочную скважину, неожиданно произнесла я.
- Что?
- А для чего ты это все делаешь? Влюбился в меня?
- Не знаю, но покорен твоей эксклюзивностью точно, - совершенно серьезно произносит он, неотрывно смотря мне в глаза.
- Интересно завернул, - после продолжительной паузы отмечаю я, нажав на ручку двери.
- Как есть, так и завернул, - наклоняется ко мне и целует в губы.
- До завтра.
ГЛАВА 21
- Мамочка, точно не пойдешь с нами?
- Нет, Саш. У меня стойкое ощущение, что меня вырвет на этой горке. Лучше не рисковать, - и ведь не вру. Реально вырвет.
- Ну ладно. На скамейке посидишь?
- Да, - киваю, вымученно улыбаясь. Домой! В кровать. И но-шпу в придачу с килограммом мороженого.
- С тобой точно все нормально? - интересуется Андрей, наклонившись ко мне.
- Точно. А что, выгляжу не очень?
- Ты слишком добрая, - усмехаясь, произносит Андрей.
По сути, он прав. С приходом месячных я и вправду становлюсь чуточку добрее. Жизнь вообще как-то сияет новыми красками. Но знать ему это необязательно.
- Тебе показалось. Просто на первой карусели меня затошнило и, чтобы не блевнуть на людей, я пообещала Боженьке быть милой до конца дня. Вот и приходится быть душкой.
- Спасибо, Боженька, - улыбается, складывая руки в молитвенном жесте, и тут же отходит от меня, беря за руку Сашу. - Помолись за нас, - подмигивает мне и направляется вместе с дочерью в сторону самой страшной карусели.
Наверное, если бы меня не тошнило и не болел живот, я бы все равно струсила. Нет, не мое это."
"Оставшись наконец одна, покупаю воду и глотаю единственно найденные в сумочке таблетки. Пытаюсь абстрагироваться от ноющей боли внизу живота, переводя взгляд на огроменную штуковину, которая вот-вот отправится в путь. В какой-то момент становится страшно, что я вот так беспечно отпускаю дочь с Андреем.
