***Подвох – первое, о чем думаешь, смотря на тарелку с яичницей, беконом и гречкой. Когда она, черт возьми, успела ее сварить?! Да и плюнула в еду или нет? Камер в реале нет, хрен узнаешь.
- Я встала в пять утра. Это моя привычка. Ну и сварила гречку, как хотела. Объела тебя слегка, - как будто читая мои мысли, добавляет она.
- На здоровье, Леночка.
- Анжела. Неуважительно называть меня Леной, когда ты знаешь, что мне это не нравится.
- Значит, считай, что я тебя не уважаю, Лена, - специально подчеркиваю ее имя.
- Анжела – не твое имя. Ты даже не пересолила. Вкусно, - продолжил я, после продолжительной паузы, во время которой успел попробовать весь завтрак. - Спасибо."
"- Пожалуйста, - отпивая кофе, произносит она. - А как тебе гречка? - улыбается.
- Привкус интересный.
- Грибной.
- У меня и грибы есть в холодильнике?
- На самом деле я не варила гречку, а нашла в кастрюльке на верхней полке холодильника. Судя по плесени и выросшим грибам на ней, она немного несвежая, но прошла термическую обработку.
И вот оказывается вкус грибов остался. Забавно. Приятного аппетита, Андрюша, - пауза. Длительная. Какова вероятность, что это правда? Стопроцентная. Вот же стерва. - Да ладно, я пошутила. Ты бы видел свое лицо. Ешь, ешь. Я ее сварила утром, а старую, реально найденную в холодильнике, выбросила. Честно. Деньгами своими клянусь.
- Но опасаться тебя все же стоит.
- Безусловно. Ты на кой черт что-то сделал с воротами?
- Всего лишь сделал так, чтобы ты не сбежала, как трусливая сопля и не вляпалась в какую-нибудь жопу ночью или утром.
Видишь, как в воду глядел. Все, давай не дуйся. Немаленькая девочка уже.
- Доедай быстрее. У меня куча дел, - нервно произносит она, крутя вокруг безымянного пальца левой руки кольцо.
- Успеется все. В семь вечера я за тобой приеду. Будь добра к этому времени освободиться.
- Если ты еще не понял, на этом наше с тобой общение заканчивается. Никаких семь, восемь и девять вечера. И это не обсуждается.
- Все еще злишься, что я вчера оставил тебя одну? Я сделал это не с целью тебя позлить или обидеть.
- А с какой?
- С той, что меня пиздец как к тебе тянет.
- О! Так это получается, когда тянет, бросают полуголую бабу одну в кровати?! И вообще, фу, не матерись. Аж язык режет. В смысле уши. Уши режет, - быстро поправляется Лена, закусив губу.
- Ты просто сама хочешь материться, аж язык чешется. А вообще, я хотел, чтобы все было по-человечески. Не на пьяную голову.
