Действуй, жена!

 — Я люблю тебя, — признается он хрипло. — Хотя зачем куда-то ехать? Мы можем заказать еду домой и устроиться в спальне.

— Ресторан- отличная идея, любимый, — мурлычу я. — Оденемся красиво. Будет потом что снять друг с друга, — добавляю я заговорщицким шепотом, а в голове бьется лишь одна мысль. Как отнесется Воскобойников к нашей междоусобице? Чью сторону примет?

Глава 15

Кира

Мы сидим с Лешей в «Милане» — одном из лучших итальянских ресторанов. Отдельный кабинет, выходящий панорамными окнами на ночной город. Вдали виднеются здание банка, скорее похожее на торт со взбитыми сливками, фонтан с мигающей подсветкой, бизнес-центр Лома и другие примечательности нашей провинции.

А на столе — любимые мною паста, аранчини и кьянти, плещущееся в плетеной бутылке. Мягкий диван, позволяющий нам сидеть рядом и при желании кормить друг дружку. Очень романтично! Муж тянется ко мне с поцелуем, но как только наши губы соединяются, звонит сотовый. И рингтон «Постой паровоз, не стучите колеса!», который ни с кем не спутаешь.

— Интересно, что там случилось? — недовольно фыркает Леха, но все-таки отвечает на звонок. — Да, мама, — тяжело вздыхает в трубку и тут же отнимает ее от уха. Пронзительный крик тети Нины слышен даже мне. А это невыносимая пытка ультразвуком. — Ничего не понял, — спокойно заявляет муж. — Повтори, пожалуйста, членораздельно.

— Эта дрянь, твоя Кира! — вопит Нина Вадимовна, совершенно позабыв о приличиях. — На ком ты женился, сыночек? Из какой подворотни привел в наш дом эту крысу?

— Мама, по-моему, ты забываешься, — все так же, не теряя самообладания, пытается вразумить мать Леша.

А я невольно кошусь на часы у него на руке. Неужели кто-то воспользовался феном? Ну-ну…

— Там какой-то дурдом творится, — морщится муж, сбросив звонок и тут же занося всех родственниц в черный список. — Мама обвиняет тебя в порче имущества. Что ты сделала, дорогая? — улыбается Леша. — Полила ацетоном ее любимую пальму? Или залапала жирными пальцами розовый диван в гостиной? Если это диван, я тебе и слова не скажу…Мне он никогда не нравился.

— Я насыпала муку в фен, — признаюсь я. — Твои мать и сестры объявили мне войну. И ничего другого не оставалось, как начать действовать партизанскими методами. Только я не могу понять, каким образом они меня вычислили? — печально вздыхаю я, надеясь, что Леха не сильно на меня обидится.

— Хотел бы я посмотреть. Вроде как Данка помыла голову и стала сушить. Ой, не могу! — смеется муж. — Жаль, что я не увижу сестру притрушенной.