Декадент

Он прочистил горло, но знал, что голос по-прежнему звучит, словно у него сотня камней грохочет в глотке. ""Почему он не может обладать ею?"", - спросила другая его часть. То, что произошло в прошлом с Хизер, больше не повторится, верно? Скорее всего, нет. Ни за что на свете Дик бы не причинил боль Кимбер намеренно. Но что, если он будет осторожным? Люк будет здесь, будет гарантом надежности - проклятье, он бы сам настаивал на этом... просто на всякий случай. Хорошая мысль.

- Почувствуй ее, - пригласил Люк.

- Пожалуйста, - вздохнула Кимбер, разведя бедра чуть шире.

Она блестела, влажная и цветущая, нуждающаяся. Дик был в чертовски податливом настроении. Тем не менее, он не мог просто взять и наброситься на нее. Он должен был принять решение, что сделать первым: оттолкнуть ее… или ворваться в ее жизнь навсегда.

Мысль о том, чтобы причинить ей боль, испортить все в ее мире, пронзила страхом его нутро. Ситуация была подобна сидению на ящике с динамитом. Он должен сделать что-нибудь, но у него было не так много времени, чтобы определиться.

Оттолкнуть Кимбер отвратительными словами, оскорбляя ее чувства, – не вариант. Однажды увидев, какое губительное действие на нее оказали его слова, он чуть не умер.

Прижать ее к себе со всей похотью, распирающей его изнутри и подпитывающей его электрически заряженные чувства, было главным желанием Дика. Он чувствовал, что эта комбинация заводит его, как ракетное топливо в двигателе авто. Сильнодействующее. Безупречное. Он не должен думать о ней и испепеляющих его желаниях, которые она подстрекала.

Если он коснется ее, его сдержанность не просто рассыплется, она взорвется на миллион маленьких кусочков.

Грудь Дика вздымалась от тяжелых, глубоких вздохов. Его ладони так и чесались принять приглашение Люка, несмотря на понимание, что прикоснись он к ней, сразу же возьмет ее. И это станет необратимым.

- Если ты не прикоснешься к ней, ты упустишь..."

"И словно напоминая ему, что он потеряет, Люк медленно положил руку на внутреннюю сторону бедра Кимбер, выводя ленивые узоры на ее киске, прежде чем медленно погрузился внутрь.

Дик наблюдал за ее изголодавшимся телом, поглощающим палец Люка, и отчаянно представлял, что палец, погружающийся глубже и глубже в ее влажную теплоту, мог быть его собственным. Со стоном она прислонилась затылком к плечу Люка и выгнулась.

Дик наблюдал, как его кузен проникает в нее одним пальцем, медленно трахает ее, затем добавляет еще один палец и возобновляет неторопливый ритм.