До окончательной переброски всех наших сил к Талиону оставалась еще пара дней, поэтому Марин был свято убежден, что раньше чем через двое суток прибегать к крайним мерами и привязывать меня к стулу не придется."
"А я воспользовался тем, что Киа отправилась по своим разведочным делам, поскольку только она действительно могла меня как-то удержать. До утра мою пропажу не обнаружат. А потом уже будет поздно.
Главное — добраться до дворца, а уж там, чем хрисс не шутит, вдруг все получится даже лучше, чем я планировал?
Спрыгивая с верхней стены, я все-таки напоролся на патруль, но, на мое счастье, их было всего двое и они слишком растерялись, когда перед ними вдруг свалилась черная тень.
Так что все обошлось без лишнего шума, ребятки прилегли отдохнуть в ближайших кустах, а я поспешил убраться с магически освещенных улиц в переулки и сады.
Благоразумно обойдя по широкому кругу самую большую площадь Талиона перед дворцом, я вышел к его задворкам для прислуги. Строители озаботились немалым количеством подземных и тайных ходов, однако все те, что вели в разные части Талиона и за его пределы, охранялись сейчас королевской гвардией.
Герцог был не дурак и озаботился этим в первую очередь. А я уже понял, что вряд ли при виде меня те, кто по логике должен мне подчиняться, радостно упадут на одно колено и пожелают мне долгих лет жизни.
Так что в моем распоряжении оставались только внутренние дворцовые переходы. Можно было бы, конечно, прошмыгнуть садом, но там, как я успел понять, стража стояла через каждые два шага.
Вдоль стены заднего двора, впрочем, тоже, но туда я соваться и не думал. Самая неофициальная часть дворца была наиболее неприглядной и плохо поддерживающейся в приличном состоянии. Выщербленные и местами обколовшиеся стены для моей задумки подходили как нельзя лучше. Благо подъем на лернскую астрономическую башню добавил мне в этом деле немало опыта.
Карабкался я медленно, все время вздрагивая от чеканящих шаг патрулей, проходящих снизу, слава Лите, их не посещала идея поднять головы наверх.
Жизнь мне усложняло то, что здесь окна начинались только на уровне третьего этажа, причем самое первое оказалось намертво заколочено. А вот следующее за ним — призывно распахнуто.
Я ввалился внутрь, пытаясь не наделать лишнего шума. Хотя, как выяснилось, мог бы и не стараться слишком сильно. В комнате почивала женщина, судя по размерам — кухарка, а ее громогласный храп служил мне идеальным прикрытием.
