Онлайн-библиотека книг
Дивногорский стоял прямо на сиденье его автомобиля и, взирая сверху на распластанного в луже противника, покатывался со смеху, указывая на него пальцем, как невоспитанный ребенок.
– Для такого дурачка, как вы, Брандсборя, это был неплохой ход – плеснуть водой мне под ноги. Но у машины колеса резиновые. А еще вы ее предусмотрительно не заглушили, мне пригодится. Как же вы, служащий Управления, не подумали, что сражаться с колдуном не то же самое, что лупить струей воды простой люд, разгоняя манифестации? Нет, дорогой мой.
Вертемягин все-таки смог приподнять неслушающиеся руки, но на щит сил уже не хватило. Поэтому молнии врезались прямо ему в тело, и на этот раз боль была такая, что несчастному показалось, что сейчас лопнет сердце. Глаза, казалось, загорелись изнутри. Вертемягин невнятно мычал и пытался вдохнуть хоть немного воздуха.
Внезапно боль исчезла, и навалилась страшная усталость. Вертемягин опустил голову в лужу. Сознание уже начало оставлять его, когда он услышал далекое и хриплое:
– Я сдаюсь! Сдаюсь! Арестовывай!
Колдун заставил себя открыть глаза, которые, оказывается, не сгорели, и с трудом сморгнул муть, фокусируя взгляд.
Метрах в десяти на мостовой на коленях стоял Дивногорский. Его лицо слегка перекосило, и одна скула на глазах опухала.
– Убей его! – едва шевеля языком, прошептал Вертемягин. Но Дивногорский то ли услышал, то ли догадался. И снова громко, на всю улицу заорал:
– Я сдаюсь! Арест!
И черт, этот грязный отвратительный выродок, вместо того чтобы выполнить приказ хозяина, повернул свою тупую башку и проговорил обычным занудным тоном:
– Преступник сдался.
– Так ты… упустил его черта, дубина… – выдохнул Вертемягин. Нет, повторять приказ нельзя. Владимир прав, убить проклятого анархиста «при задержании» не выйдет. Сейчас, когда великая цель так близка, ни в коем случае нельзя давать повод «черту-кляузнику» написать донос начальству.
