Делить тебя

Но я концом чувствовал упор в стенку, скользил по внутренней верхней поверхности влагалища и растягивал его. Обычно девочкам болезненно от такого напора, но Яна мотала головой, мычала и готова была принять меня еще глубже.

Я чувствовал ее возбуждение в судорожных сжатиях мышц внутри, подрагивании живота, в неровном дыхании и терзании губ. Она закинула ноги мне за спину, и теперь я входил на полную длину, впечатываясь яйцами в подрагивающие от моих усилий ягодицы.

Еще немного и я взорвусь, и вряд ли до обеда будет третий заход, возраст уже не тот.

Черт.

Остановился и выскользнул под разочарованный стон моей Яны. Как я согласен и расстроен, что не могу продолжить. Но я еще не закончил.

Развернул и снова от нее волна недоверия. Ну что же ты такая пуганая? Не удержался и хлопнул по попке, с наслаждением наблюдая за упругой и красной от шлепка ягодицей и реакцией Яны. Она отпятила попку и прогнулась, низко опустив голову и спрятав лицо в подушке.

Наши колени соприкасались, её бедра касались моих по всей длине.

Я обхватил руками ее тело и толкнул, тут же возвращая и прижимая к своему паху.

Голову кружило, дыхания не хватало и вряд ли смогу еще раз перевернуть ее.

Снова толкнулся в тугие сжимающиеся мышцы, каждое движение протяжное, отточенное, по всей внутренней задней поверхности с упором в стенку и растяжение. Тихий скулеж Яны, заглушаемый подушкой, дрожь по телу, и никакой разрядки.

Я перестал сдерживаться. Смирился, что впервые девушку оставлю без оргазма.

Мысленно дал обещание протащить ее по всем специалистам, чтобы выяснить причину. Но это потом. Сейчас я просто хочу снять свое напряжение."

"Второй раз ощущения уже не простреливали, я чувствовал приближение разрядки, но не хватало немного… Я слишком растянул её, слишком много смазки, её мышцы устали сцеживать мой член и каждый раз, доводя себя до грани, наступал откат и эрекция слабела.

Я мазнул взглядом по экрану Яниного смартфона. Почти десять.

А в полдень у меня предварительная встреча с отцом, перед собранием акционеров. Внутри шевельнулась злость и раздражение. Я подсознательно ждал чуда, что смогу разбудить чувственность Яны. Никто до меня не смог, и брат оказался в постели тряпкой, а я весь такой из себя мачо, доведу ее до оргазма с первого раза. И сейчас третий час, я уже перетерпел и теперь каждый толчок грозил разорвать меня в клочья, а промедление — сделать импотентом.