– Но закон штата Нью-Гэмпшир гласит: казнь должна состояться в течение года после приговора. У нас не будет пространства для маневра, чтобы тебя вытащить. А главное, должна сообщить важную вещь: по закону приговоренных казнят с помощью смертельной инъекции, за исключением случаев, когда это невозможно. В Нью-Гэмпшире нет не только зала для инъекций, но даже нужных препаратов.
– Значит, электрический стул? – Лорен задохнулась от ужаса.
Патрисия Уайдсмит ответила не сразу:
– В Нью-Гэмпшире нет электрического стула.
Будет повешение. Эрика повесят в этой самой тюрьме.
– Что? – вскричала Лорен. – Но этого не может быть! Сейчас уже никого не вешают!
– Бывают вещи и похуже, – прошептала Патрисия.
Эрик сидел с бесстрастным видом. Лорен разрыдалась.
Они долго молчали. Издалека доносился беспокойный тюремный шум. Наконец Эрик мрачно спросил:
– А если мы примем предложение прокурора?
– Закон штата Нью-Гэмпшир гласит, что если виновному в убийстве не вынесен смертный приговор, то его должны приговорить к пожизненному заключению без права на освобождение.
Значит, этого и будет требовать прокуратура в твоем случае.
– А ты что думаешь? – еще раз спросил Эрик Патрисию.
– Эрик, ты не должен признавать вину! – вмешалась Лорен. – Ты же не виноват, нельзя себя оговаривать!
– Лорен, а ты придешь, когда меня будут вешать? – взорвался Эрик. – Хватит у тебя мужества смотреть, как я подыхаю в петле?
Вид у Эрика был холодный и решительный. Лорен плакала.
– Эрик, – снова заговорила Патрисия, – что бы ты ни решил, я буду рядом.
Буду защищать тебя душой и телом. Я знаю, что ты невиновен, я в этом глубоко убеждена. Не будь я уверена, меня бы не было здесь, с тобой. Но какая-то частица моего “я” считает, что, признав вину, ты дашь нам время найти доказательства твоей невиновности. Я очень надеюсь их отыскать. Но какой смысл доказывать невиновность, если тебя казнят! От тебя останется только очередное имя, вокруг которого будут идти споры о смертной казни.
Я хочу, чтобы ты был на свободе. А для этого мне нужно немного времени. И это время мне можешь дать только ты.
* * *– Вот почему Эрик признал вину, – сказала Лорен. – Для него это был единственный шанс избежать смертной казни и надеяться на последующее оправдание. В общем, он принял предложение прокурора, судебного процесса не было. Но схлопотал пожизненное без права на пересмотр приговора. С тех пор мы с Патрисией изо всех сил стараемся его вытащить.
