– Конечно, я хочу знать.
И тут Робби Сандерс заявил:
– Я нашел в вещах Аляски марихуану!
– Папа! – заорала Аляска.
– Аляска, – расстроилась мать, – нет, только не ты!
– Она, она! – рявкнул Робби. – Обманула доверие! В голове не укладывается!
– Аляска, ты же мне обещала, что даже не притронешься к ней! Ты отдаешь себе отчет в последствиях? Если об этом узнают, тебя могут лишить титула мисс Новая Англия! И можешь распроститься с мечтами о кино.
Аляска метнула в отца яростный взгляд, подхватила сумку и со слезами на глазах выскочила из комнаты.
Сбежала по лестнице, забрав по дороге ключи от машины, хлопнула дверью, прыгнула в свой синий автомобиль и нажала на газ.
– Подожди, дорогая, подожди! – из дома с мольбами выбежала Донна Сандерс.
Она еще метров сто бежала за машиной дочери, потом сдалась и только смотрела ей вслед.
* * *– Можно было все уладить! – уверяла Донна Сандерс. – В ту минуту мы, конечно, среагировали немножко слишком бурно. Аляска подписала этическую хартию конкурса мисс Новая Англия: обязалась не пить, не курить, не употреблять наркотики, не позировать обнаженной.
Куча завистливых матерей семейства с превеликим удовольствием вываляла бы ее в грязи, если бы увидела ее с косяком.
– Но это же просто щепотка травки, – возразил я.
– Сейчас вам это может показаться идиотизмом, мистер Гольдман, но мы с мужем воспитаны в большой строгости. Для нас курить марихуану все равно значило употреблять наркотики, какая разница. Да и с точки зрения закона это было вещество той же категории, что героин! Не забывайте, в то время действовала политика «выкури косяк – потеряешь права»: если вас поймают на скамейке с косяком, вы на полгода автоматически лишались водительских прав!
– Значит, вы так и не помирились с Аляской…"
"– Нет, она на нас слишком обиделась.
Из-за того случая как будто вся ярость, какую она носила в себе, вырвалась наружу. Думаю, этот придурок Уолтер Кэрри ее подначивал. Уж не знаю, что он ей наплел, чем заманил, но она переехала к нему в Маунт-Плезант.
Прицепилась к ничтожеству, жившему над родительским магазином. Она полностью подпала под его влияние, вот в чем дело. Но она была совершеннолетняя, что я могла? Силой вернуть ее в Салем? И все ради того, чтобы пахать на заправке, а потом оказаться убитой.
– Вы не пытались как-то наладить отношения? – спросил я.
– Я все испробовала. Напрасно. Убеждала себя, что время все расставит по местам. Но время ничего не поправляет, лишь копятся недомолвки и обиды.
