Онлайн-библиотека книг
Интересно, что даже небольшого испуга у меня не было. Время от времени Степурко вмешивался в беседу и пытался чуть погасить накал.
– С чего ты взял, что мы с Колбиным были на земле? – сказал Банных.
– Я пишу: «возможно», предполагается», – ответил я.
– Мы были в вертолете. Бараны лежали сбоку (из этих слов я понял, что после охоты баранов погрузили в вертолет и собрались лететь. Тут он и рухнул). И тут мы упали. Нас бросало по салону.
– И как же ты при этом всего-навсего один палец сломал?
Хоть я уже и приводил его ответ, но тут повторю его полностью:
– У меня ушиб позвоночника, сломаны ребра, перелом носа, перелом пальца.
Из слов Банных можно было понять, что ему больше других нравится версия диверсии. «Следствие установит, почему вертолет упал». «То есть, ты намекаешь, что это была диверсия?» – спросил я. Он что-то не очень внятно ответил.
Подтвердил он, что за штурвалом в кресле второго пилота был Пидопригора. «Он опытнейший пилот, Баяндин сам его попросил, потому что для Колбина это был первый полет в горах».
Отдельный разговор был про архаров. Как я понял, Банных искренне не видел в их убийстве особой беды.
– Зачем ты пишешь, что охота на них запрещена? В Монголии, в 6 километрах от этой горы, их можно стрелять сколько хочешь.
– А я знаю, что в Монголии архаров несколько тысяч, и там их можно отстреливать. Но ты-то в России.
– Зачем ты написал, что мы отклонились от полетного маршрута?!
– Это официальный документ Росавиации.
– Зачем ты написал, что Бердников был пьян и должен был лететь на охоту? Бердников никогда на охоту не летает, у него давление, он не переносит вертолет.
