Смешинка в рот попала. Назревал логичный вопрос: она точно немка? Не заходил ли в гости к ее маме какой-нибудь боец из советского гарнизона в Берлине? Серый «универсал» пересек границу административного округа Темпельхоф, проехал мимо крытого стадиона. Он двигался на юг, к границам анклава. Южнее Темпельхофа была лишь Берлинская стена. Потянулись неказистые здания, они пересекли грохочущее шоссе, по которому шли крупнотоннажные грузовики. Справа возникла железная дорога – на запасных путях стояли грузовые вагоны.
«Опель» свернул на свободную от транспорта улочку, застроенную невысокими домами.
– В этом районе транспортный узел, – объяснила Марта. – Склады, перевалочные пункты. Грузы в Западный Берлин идут из ФРГ железнодорожным и автомобильным транспортом по специальным веткам. Соглашения об этом подписаны еще в конце сороковых годов. Ветки обособлены, вне юрисдикции властей ГДР. В этот район все и свозится, отсюда и распределяется. Справа сортировочная железнодорожная станция – конечная, как понимаешь…
«Опель» въехал на обширную площадку перед вытянутым одноэтажным строением в форме буквы «Г».
В глубине пустыря стояли несколько крупнотоннажных грузовиков, на стоянке перед зданием – вереница легковушек. Живых существ в округе практически не было, только у грузовиков возились люди, что-то перетаскивали. Машина с Майнером въехала на стоянку перед зданием, заняла свободное место. Марта подалась в сторону, поставила «Фиат» на пригорке, откуда просматривались все окрестности.
– Это гостиница? – Михаил удивленно вертел головой.
– Это мотель, – объяснила спутница. – Место приюта усталых водителей грузовиков, железнодорожников и тому подобных. Да, это гостиница – переночевал, едешь дальше. Можешь остаться на несколько суток – хозяевам без разницы, если платишь. Из каждого номера отдельный выход на улицу.
Распахнулась пассажирская дверь «Опеля», пружинисто выбрался Клаус, что-то бросил водителю, обогнул капот, достал из багажника спортивную сумку.
Забросил ее на плечо и зашагал вдоль здания. Водитель с характерной внешностью «человека из позднего палеолита» остался в машине.
– И что это значит? – озадачился Кольцов.
– Пошел снимать номер, – объяснила Марта. – Делаем вывод – его настоящий дом не в Западном Берлине, а в ФРГ. А начальству он еще нужен. Боюсь, водитель останется при нем. По крайней мере, до ночи.
– От кого его охранять? – не понял Кольцов."
"Марта хищно засмеялась. Вопрос был неуместен.
