Дело черного мага. Том 1

 – Маг невероятной силы, такой, что Алексу даже представить себе ее было сложно, слегка расслабился в кресле. – Все же мы с тобой уже хорошо знакомы, и я, получается, был единственным другом твоего приемного отц…

Вокруг пальцев Алекса вспыхнул лиловый огонь.

Как ребенок прямо. Не может силу сдержать.

Но это все алкоголь и дурацкая дата, не более того.

– Прости, – извинился Джулио. Причем это не было рядовым извинением, а действительно – самым настоящим. – Все мы боремся с внутренними демонами… Жаль, что Павел проиграл своему.

– И попытался призвать другого, – криво усмехнулся Дум, – а в итоге порешил всех моих друзей. Меня вот тоже пытался. Но не получилось… А знаете, когда это было, мистер Люпен? Если что – могу напомнить. Вчера было десять лет. И десять лет и один день, как вы приехали к нам и поссорились с профессором.

В кабинете, воистину огромном кабинете, повисла тишина.

И тут брови ректора буквально взлетели под потолок.

– Так ты все эти годы… – с придыханием прошептал он, а затем вытянул перед собой руку.

 – Пусть магия будет мне свидетелем – я никогда не желал того, чтобы школа “Фаллен” была разрушена. Я не желал смерти своему лучшему другу. Не желал, чтобы пострадали невинные люди. И не желал, чтобы ты, Алекс, провел свое детство на улице, а юношество в тюрьме.

На ладони Джулио вспыхнул яркий белый шарик.

Не каждый маг может взывать к сути магии, но если уж взывает, то не по пустякам. И те слова, которые произнес Джулио Люпен, были тверже адамантия и надежнее высеченных на скрижалях Моисея.

Иначе бы магия их никогда не приняла.

Алекс разочарованно выругался.

– Так и знал, – протянул он и закинул в рот еще одну конфету.

– И вновь ты меня удивил. Почему ты расстроен тем, что я не причастен к той трагедии?

Алекс пожал плечами.

– Так было проще, – ответил он, – считать вас соучастником и ненавидеть.

Джулио понимающе кивнул.

– Ненавидеть всегда легко, – согласился он, – а вот прощать – тяжело. Но если первое губит, то последнее лечит.

Алекс слишком сильно сжал кулак. Настолько, что по ладони побежала алая струйка.

Надо бы ногти подстричь…

– Вы предлагаете мне простить Раевского? – с неприкрытой угрозой прошептал Алекс.

– Бог его простит, – только и ответил Джулио, после чего перекрестился.

Думу стало неприятно. Причем – на физическом уровне. Будто рядом зажгли костер и жар от него опалял магу лицо. Люпен не просто “к слову” себя знамением священным осенял. Он действительно верил.