Не хочешь — я буду сам периодически лазать сюда и поглядывать. Делать все равно нечего — а так хоть какое-то занятие. А вам если облом — можете дрыхнуть целыми днями.
— Да нет — отчего же, — я лениво зевнул и почесал затылок. — Дело не хлопотное. Может, и действительно пригодится. Правильно ты сказал — все равно балду парим. А так, глядишь, время быстрее пролетит… — Таким вот образом мы с Братским заключили негласный договор о взаимной недогадливости. Он согласился считать нас среднестатистическими бандитами, по хилости ума угодившими в плен, а мы не стали докапываться, зачем обычному следователю ФСБ, пребывающему на грани жизни и смерти, заниматься сбором разведданных, которые в большей степени могут пригодиться даже и не органам безопасности, а таким ушлым ребятам, как дядя Толя Шведов.
"
"Чтобы слегка поддержать соответствующий легенде имидж и не сдаваться Братскому с потрохами, я сразу же туманно пояснил своим «подельщикам», что таковое наблюдение необходимо для «высекания» какого-то важного гипотетического груза, который в любой момент может чудесным образом возникнуть как в той, так и в другой усадьбе.
— А на фуя он нам тута нужен, этот груз? — вяло подыграл мне Джо, углубленно ковыряясь грязным мизинцем в носу и кося на фээсбэшника ленивым взором. — Мы ж с ним, один хер, ниче сделать не сможем! Даже если бы не было вертухаев, — Джо кивнул за окно, где в беседке дремали наши часовые, — через забор полезешь — все очко располосуешь! А потом эти нитки тама у них — сразу кипеж подымется… Не, че-то я не врублюсь, как ты собираешься с этим грузом барахтаться.
— Да при чем здесь очко! — включился Мент. — При чем здесь нитки! Может, получится слинять отсюда и бабки не давать? Ты это имел в виду, Фома?
— Что-то типа этого, — согласился я. — Но насчет груза — это серьезно. Надо смотреть в оба. Если вдруг что — я Саналу по телефону шепну, — при следующем разе, когда будем насчет выкупа болтать. А он разберется…
Придя к консенсусу, мы разработали график, в соответствии с которым на чердаке круглосуточно кто-то торчал и следил попеременно за обоими подворьями.
Облегчалось данное мероприятие тем, что часовые никогда не заходили в наше жилище — незачем было. Нас строили для проверки три раза в сутки: утром, в обед и вечером. Ночью, когда происходила смена, часовые светили через окно фонариком, чтобы удостовериться, что пять тел пребывают в сохранности и никуда не улетучились.
