— Как и что — нас не касается. Вы все сами… Мы договариваемся — вы делаете. Сделаете — бабки ваши. Не сделаете — извините. Могу дать кое-какую информацию…
— Сам тормози, — недовольно прогундел полковник. — Как это — сами? Ты что-то не то говоришь, братан… Давай так: вы берете все обеспечение на себя: доставку, маскировку, устройство команды, вооружение, эвакуацию после осуществления акции… А за все про все мы просим один «лимон» баксов. Мы не жадные. Организуй обеспечение и можешь второй «лимон» себе забрать. Иначе дело не пойдет.
То, что ты предложил — насчет «все сами», — мне страшно не нравится. Авантюрой это попахивает, а это не наш профиль…
— Не торопись, дорогой, не торопись, — ласково пробормотал Зелимхан, гипнотизируя маску Шведова своим тяжелым взглядом. — Не нравится так не нравится. Я тебе кое-что расскажу — сразу понравится. А твой вариант никак не пойдет: мы к этому делу не должны иметь никакого отношения. То есть, если вдруг вы где-то проколетесь, отвечать будете сами. А скажете, что мы вас наняли, — все равно никто не поверит.
Понимаешь? У нас такие штуки не делают — шариат не позволяет…
— Понимаю, — посочувствовал Шведов. — Если бы я нанимал киллера, чтобы завалить родного брата, я тоже в случае чего поклялся бы на могиле матери, что не имею к этому делу никакого отношения. Как-то так вышло, что во все времена братоубийц почему-то никто не любит…
Ахсалтаков смущенно потупил взор и тихо пробормотал:
— Но ведь они бандиты! Клянусь Аллахом, э, самые натуральные бандиты! Их давно надо было уже уничтожить — просто обстоятельства не позволяли…
— Ладно, это не наши дела, — счел нужным поправиться Шведов.
— Как хотите, так и пляшите — нам все равно…
Давай — выкладывай свою информацию по вашему варианту внедрения команды. Если она покажется мне дельной, будем посмотреть… И кстати, поделись-ка — как ты хочешь с нами рассчитаться?
— Выкладываю! — оживился Зелимхан и вдруг неожиданно поинтересовался:
— У тебя в команде все вот такие, как он? — он кивнул в мою сторону.
— В смысле такие сонные, ленивые и коротко остриженные? — уточнил Шведов.
— В смысле такие, что могут задушить голыми руками целый взвод и… и обмануть кого угодно, — поправил Зелимхан. Глаза его остановились на моей скромной персоне и колюче сверкнули.
— Почти такие, — не без бахвальства сообщил Шведов. — Головенку оторвут кому угодно — «мама» сказать не успеешь.
— Очень хорошо, — Зелимхан заметно приободрился. — Это значительно облегчает задачу.
