Дело гастронома № 1

 – Правда, повторю, то слухи, доказательств у нас нет!

– Я считаю, мы должны со всей ответственностью спросить с некоторых товарищей за соблюдение социалистической законности при отправлении своих высоких должностей, а также за соблюдение морально-этических норм, – продолжил свои доводы Юрий Владимирович, но, взглянув на Брежнева, осекся: Генсек снова с живым интересом разглядывал фотографии, на которых были сняты стодолларовые купюры.

Взглянув на умолкнувшего Андропова, Леонид Ильич уверил его:

– Мы обязательно поговорим об этом на Политбюро!

Об этом «обязательно» Брежнев, конечно, забудет, да это и не так важно.

Андропов взглянул на часы: прошло всего десять минут их разговора, а Генсек уже явно слабо соображает, все чаще жуя ртом пустоту. Раньше он держался минут двадцать, но тут, видимо, страшная правда, да еще фотографии сразили его наповал.

– Ты работай, Юрий Владимирович, продолжай в том же духе! – уже с трудом прожевывая слова, выдавил из себя Брежнев. – А то все, понимаете ли, только просить приходят! Дай им один миллион, дай два! А вот Юрий Владимирович сам приносит! Действуй, Юра! А фотографии эти оставь, я их тут кое-кому покажу! Добренькими все хотят быть!

Андропов кивнул, поднялся, понимая, что время его истекло.

– Давай действуй, мы тебя поддержим! – радуясь, что Андропов уходит, улыбнулся Брежнев и вяло пожал его руку.

Андропов именно этих слов и ждал. Эти слова он и передаст канцеляристу Константину Устиновичу Черненко, который уже поджидал его, чтобы зафиксировать в своих анналах протокол состоявшейся встречи между Брежневым и Андроповым.

На заседании очередного Политбюро Черненко доложит о ней и о том, как не покладая рук трудится товарищ Брежнев, не упуская из вида ни одного важного государственного вопроса. Ну а позже, когда прихлебалы Гришина будут нападать на Андропова за чрезмерную активность его спецслужб, Юрий Владимирович сможет своим недругам напомнить эту просьбу Брежнева «продолжать в том же духе», а для него приказ Генерального секретаря – не снижать темпов расчистки авгиевых конюшен – и есть главный жизненный ориентир. Юрий Владимирович прежде всего исполнитель воли Генерального секретаря, не больше, но и не меньше.

– Спасибо за поддержку, Леонид Ильич! – посерьезнев, проговорил Андропов и вышел из кабинета.

На столе стояли чашки с чаем, заварной чайник был накрыт нарядной русской куклой в пышном сарафане. На больших тарелках лежали бутерброды с красной рыбкой, финским сервелатом, с бужениной и с сыром.