Дело нервного сообщника

– Говорила она вам, что ее интересуют участки?

– Она попросила меня сказать таксисту, что мы едем осматривать выставленные на продажу земельные участки.

– А теперь, миссис Марвел, – сказал Гамильтон Бергер, – я должен напомнить вам, что вы находитесь под присягой и свидетельствуете в деле об убийстве. Вы дали клятву говорить правду, одну только правду и ничего, кроме правды. Существуют суровые наказания за лжесвидетельство. Существуют суровые наказания для косвенных соучастников. Я спрашиваю вас, объясняла ли вам обвиняемая причину, настоящую причину, по которой она хотела ехать именно в такси?

– Одну минутку, ваша честь, – встрял Мейсон.

 – Я не хотел бы выдвигать возражений против рутинных вопросов, задаваемых этой второстепенной свидетельнице, но…

– Второстепенная свидетельница! – в ярости закричал Гамильтон Бергер.

Мейсон с явным удивлением посмотрел в его сторону.

Прокурор начал было что-то говорить, но перехватил взгляд судьи и прикусил язык.

– Пожалуйста, мистер Мейсон, – сказал судья.

– …Однако в данном случае обвинение подвергает перекрестному допросу своего собственного свидетеля. Прокурор задает наводящие вопросы. Он угрожает свидетельнице. Более того, само свидетельство выглядит некомпетентным, несущественным и не относящимся к делу.

– Могу я говорить? – спросил Гамильтон Бергер.

Судья Сидгвик кивнул.

– С позволения суда, – сказал прокурор, – я высказываю убеждение, что эта свидетельница, если ее принудить давать показания, может рассказать факты, неопровержимо уличающие обвиняемую.

Она – подруга обвиняемой; она враждебно настроена ко мне; она никогда не говорила мне, что она знает. Содержание ее признания мне известно только из того, что она говорила третьим лицам. Я хочу, чтобы суд принял мои профессиональные заверения, что дело обстоит именно так.

– Протест защиты отклоняется, – сказал судья Сидгвик. – Однако я вношу предложение удалить показания свидетельницы из протокола, если они окажутся не относящимися к делу.

– Отвечайте, миссис Марвел, – обратился Бергер к Рут Марвел.

– Она сказала мне, что хочет нанять определенное такси.

– Она сказала почему?

– Она… она сказала…

– Да-да, продолжайте, – поощрял прокурор Бергер.

– Она сказала, что это должно быть такси, в котором она уже ездила в тот день.

– А она не говорила вам, что не хочет быть узнанной таксистом?

– Да, что-то в этом роде.

– Продолжайте, – велел Гамильтон Бергер. – Что еще она вам говорила?

Рут Марвел начала плакать.