Воцарилось молчание, затем Лорен Гарвин обратилась к мужу:
— Не стой же как дурак, Эдвард. Неужели ты не понимаешь, что говорит мистер Мейсон? Мы сейчас же по возвращаемся в гостиницу, забираем вещи и убираемся подальше от этого места.
7
Мейсон ехал вслед за машиной Гарвина по мосту над рекой Сан Изидро. Огни Тихуаны далеко внизу сливались в сплошной яркий ореол, против которого были бессильны тускло мерцавшие на ночном небе звезды.
Машина Гарвина выехала на центральную широкую улицу Тихуаны и направилась к стоянке автомобилей.
Мейсон припарковал свою машину рядом. Адвокат вышел из машины и подошел к Гарвину.
— Вот мы и на месте. Здесь, в Мексике, вы опять муж и жена.
— Черт побери, Мейсон, скажите лучше, что будет дальше?"
"— Я не знаю. Попытаюсь узнать как можно больше. Самый лучший выход, чтобы разрушить планы вашей первой жены, это сделать так, чтобы на собрание явилось лично как можно больше акционеров, выславших доверенность на право голоса. Доверенность теряет силу, если акционер лично присутствует на ежегодном собрании.
Это значит, что вы должны дать мне список основных держателей акций, дружески настроенных к вам, и я их обзвоню. Я, правда, приготовил необходимые бумаги для судебного запрета на проведение собрания, если понадобится, но лучше будет, если акционеры все же явятся лично на собрание. В следующий раз, когда надумаете исчезнуть, предупреждайте об этом своего адвоката.
— Лично я умираю от голода, — прервала его Лорен.
— В двух шагах отсюда есть ресторан.
Переночуйте в Тихуане, а завтра, если хотите, можете уехать в Энсенаду.
— Лорен, иди вместе с мистером Мейсоном. Я догоню вас, только закрою машину, — сказал Гарвин.
Пока он возился с машиной, Лорен подошла близко к Мейсону и приглушенным голосом сказала:
— Вы сильный, надежный человек, Мейсон. Мне не страшно с вами. Эдвард — чудо, но ведет себя уж слишком как молодожен.
Гарвин подошел к ним.
— Когда мы сможем вернуться из Энсенады?
— В любое время, как только решите угодить в тюрьму за двоеженство.
— А что со мной? — спросила Лорен.
— По американским законам, — улыбнулся Мейсон, — вы ему чужая женщина, любовница, живущая во грехе. Здесь же, в Мексике, вы полноценная законная жена.
— Черт бы вас всех побрал! — сердито воскликнула Лорен.
— Вот именно, — согласился Мейсон. — Таковы правила международного права. В Соединенных Штатах вы, Гарвин, женаты на Этель и виноваты в двоеженстве.
