Дело о королеве красоты

– Но у него есть и отец.

– Он недостоин называться отцом.

– Достоин или недостоин, – ответил Мейсон, – но у него тоже есть права. И у ребенка есть права. И я попытаюсь сделать все, чтобы они не нашли вас, во всяком случае в настоящее время, но я не собираюсь делать ничего, что шло бы вразрез с моей совестью.

– Меня это не устраивает, – отрезала она.

– Как угодно, – ответил Мейсон. – Вы заплатили мне двадцать долларов, так что вы мне ничего не должны и я вам тоже. Вы вольны подыскать себе другого адвоката.

– Но вы ведь истратили на меня гораздо больше… Наняли детективов…

– Это не должно вас беспокоить, – ответил Мейсон. – Пусть это будет моим вкладом в дело.

Она на мгновение задумалась, потом внезапно отодвинула свое кресло.

– Будучи адвокатом, вы должны сохранить в тайне все, что я вам рассказала. Вы не имеете права разглашать что-либо, касающееся этого дела. Я не знаю, сколько денег вы истратили на детективов, но я вам могу дать сейчас двести долларов. Вот они… Возьмите. И можете считать, что вы закончили это дело или что дело закончено для вас.

Думайте, как хотите. Чем больше я наблюдаю за вами, тем больше убеждаюсь, что вы чрезмерно совестливы. В этом деле есть еще факты, о которых вы ничего не знаете… Не буду больше злоупотреблять вашим временем. Я не голодна. Вернее, у меня пропал аппетит. Всего хорошего!

И с высоко поднятой головой она величественно вышла из кабинета.

Мейсон посмотрел на две стодолларовые бумажки, которые она оставила на столе, а потом перевел взгляд на Деллу Стрит.

– Гордая женщина, – сказал он. – Ну а мы будем дожидаться наших бифштексов.

Глава 4

На следующее утро, ровно в девять часов, Пол Дрейк условным стуком постучал в дверь конторы Мейсона. Дверь открыла Делла Стрит. Пол Дрейк, стройный мужчина с небрежными манерами, без приглашения уселся в кресло для посетителей, обхватив колено сплетенными пальцами, и с улыбкой обратился к Мейсону:

– Снова будешь ломать себе шею?

– Буду, – ответил Мейсон."

"– Ну и ломай на здоровье, – сказал Дрейк.

 – Самое пустяковое дело, как только ты возьмешься за него, сразу перерастает в дело об убийстве.

– Что еще случилось? – спросил Мейсон.

– Я, конечно, не хочу совать в твои дела нос, меня это не касается, но должен предупредить, что тебя ждут большие неприятности.

– Говори же, в чем дело?

– Эта твоя подсадная утка… Вчерашняя женщина…

– Что с ней?

– Она, конечно, доказала все свои способности и пустила свору гончих по ложному следу.