Колл подпрыгнул в кресле так, словно его укололи булавкой.
— Нет, нет, — затараторил он. — Я этого не говорил. Нет, конечно же нет. Он даже не упоминал о Лиловом Каньоне. Он просто сказал… ну, он сказал, чтобы Пивис готовил «капусту», потому что сертификат уже был у него.
— Мистер Линк говорил мистеру Пивису, куда тот должен доставить деньги?
— Нет, сэр. Не говорил.
Лейбли, поколебавшись мгновение, взглянул исподтишка на откровенно скептическое выражение лица судьи Гросбека и произнес:
— У меня все.
Судья откинулся на спинку кресла и полузакрыл глаза. Он понимал, что, заложив основу для генерального наступления, Мейсон сейчас вовсю насядет на Колла и, выстреливая вопрос за вопросом, разнесет его в пух и прах, прежде чем к тому вернется самообладание. Судья, заранее решивший предоставить в этом Мейсону полную свободу действий, постарался придать своему лицу выражение беспристрастной отрешенности.
Но Мейсон удивил всех, сказав:
— У меня больше нет вопросов, мистер Колл.
Избегая смотреть на Лейбли, Колл вернулся на место.
— Эстер Дилмейер, — вызвал Мейсон.
Она прошла вперед и подняла руку, чтобы принести присягу. Короткое платье из мягкой черной шерсти и крошечная черная шляпка смотрелись на ней просто шикарно. На строго черном фоне выделялась только золотая заколка на горловине платья и такой же браслет на левой руке.
Судья Гросбек посматривал на нее с любопытством. Лейбли казался несколько обеспокоенным.
— Ваша честь, — заговорил Мейсон, — эта юная женщина только что выписалась из больницы.
Была совершена попытка отравить ее, и выздоровление…
— Суду в целом известны все факты по делу, — перебил его судья Гросбек, продолжая разглядывать Эстер Дилмейер.
Она сообщила имя и адрес секретарю и улыбнулась Мейсону.
— Мисс Дилмейер, — обычным тоном спросил Мейсон, — вы знакомы с мистером Пивисом?
— Да.
— Как долго?
— Ну, несколько недель.
— И по его предложению вы решили познакомиться с мистером Робертом Лоули?
— Нет.
— Нет? — переспросил Мейсон, вскидывая брови.
— Нет, сэр.
— Кто в таком случае сделал вам такое предложение?
Лейбли вскочил.
— Ваша честь, это несущественно и не имеет отношения к делу."
"Судья Гросбек с интересом посмотрел на Мейсона:
— Я был бы рад услышать ваше мнение на этот счет, мистер Мейсон.
Мейсон заговорил в спокойной, непринужденной манере:
— Ваша честь, предъявляя данный иск, истец ставит себя перед следующей дилеммой.
