— По какому обвинению?
— По обвинению в предумышленном убийстве.
— Значит, вы все-таки решили повесить это на нее?
— У нас нет альтернативы. Ее муж сделал ряд уличающих заявлений.
— Уличающих его или ее?
— Ее.
Шокированная его словами, Милдред Фолкнер забыла о своих новых нападках на Трэгга и недоверчиво спросила:
— Вы хотите сказать, что Боб сообщил вам нечто такое, что обернулось против Карлы?
— Да, — кивнул Трэгг и тут же торопливо добавил:
— Вообще-то я не должен был вам этого говорить, но… — Он вздохнул.
— Если откровенно, Мейсон, меня это совсем не радует.
— Почему?
— Боб Лоули произвел на меня впечатление порядочной свиньи, мерзавца, обманщика. Его жена, наоборот, кажется мне прямой и полной достоинства женщиной.
— Это рассказал вам Боб? — спросил Мейсон.
Трэгг колебался.
— Послушайте меня, Мейсон, вы быстро соображаете. Обычно вам удается вытаскивать своих клиентов тем или иным способом. Черчиль, наверное, всыплет мне за это по первое число, но…
— Ну?
— Я служу народу, — вдруг решительно заговорил Трэгг.
— Я лишь маленькое колесико в большой машине. Для меня важнее всего результат. Я имею дело с преступниками, и это моя работа.
— К чему эта прелюдия? — спросил Мейсон.
— А вот к чему. Я сожалею, что поступил так с миссис Лоули. Если бы я знал, насколько тяжело ее состояние, я бы никогда не начинал это. Говорю вам это честно.
— Но вы пошли.
— Правильно. Пошел. Я не отказываюсь. С ней будут обращаться точно так же, как с любым другим заключенным. Только закон не предусматривает такой ситуации.
Женщина опасно больна. Малейшее перевозбуждение может оказаться для нее роковым.
— Давайте послушаем, что вам рассказывал Боб Лоули, — произнес Мейсон вместо комментария.
— Лоули, — с горечью сказал Трэгг, — казался совершенно убитым из-за состояния жены. Он так стонал, что мы разрешили ему увидеться с ней. Он опустился на колени подле ее кровати и поцеловал рукав ее ночной сорочки.
— Продолжайте.
— Так вот, прямо перед этим он сломался и выложил нам все.
— И что же ему было известно?
— Он сказал, что выехал из дома на машине, что по дороге к нему подсел его друг и попросил ненадолго одолжить ему машину.
Лоули нужно было позвонить в несколько мест, потому он остановился на Каултри-стрит и вышел, а его друг поехал по своим делам. Он сказал, что его жена следила за ним, что его машина отправилась в Лиловый Каньон, что жена последовала за ней и побывала в доме Линка.
— Откуда он все это знает?
— Она сама ему рассказала.
