Дело оперское. Рокировка

— Я о таком решении ничего не знаю. Пока есть только мое указание, отменять которое я не собираюсь.

— Сколько будет стоить захоронение?

— Хотите меня купить?

— Зачем купить. Просто предлагаем сделку.

— Как я решил, так и будет. Разговор окончен. — Глава города развернулся и вошел в калитку. Ершов со злости сплюнул и позвонил по сотовому телефону:

— Чиф, он деньги не взял…

Делегаты уехали ни с чем, а глава города вдруг совершенно отчетливо осознал, на какой уровень поднялся криминал, и какими людьми он может управлять.

Он вдруг понял, почему большинство власть имущих города недолюбливают шестой отдел и в частности Юрьева. Пух на рыльцах многих был вполне очевиден. Владимир Георгиевич присел на скамью и стал массировать область сердца.

— Поедем домой… — попросила жена, которая быстро поняла цель выезда на дачу.

— Да, — кивнул муж.

Неприятность произошла на кладбище. Оказалось, что могилу закопали и вырыли новую на самых задворках кладбища. Народ сдержанно негодовал в сторону трех сержантов из наряда милиции, приехавших охранять порядок, но открыто никто не выражал недовольство.

Только Макар под конец мероприятия напился и, забравшись на чью-то оградку, принялся выкрикивать любимое словосочетание «менты-козлы!».

Фиксу закопали с почестями, достойными как минимум передовика производства или победителя социалистического соревнования. Разведенная вдова напилась, и стала танцевать на капоте чьей-то машины.

Чиф искал Джона, но не нашел и лишь только поговорив с могильщиками, узнал, что того забрали в милицию.

Он пожалел, что ввязался вчера в безрассудство, но время никак уже не воротишь. Вечером Чифу позвонили по телефону, и он с большим удивлением услышал голос самого Джека:

— Плохо ты поступил, брат. Надо было меня спросить, а не мочить по беспределу.

— Ты, Петрович, из своего Комсомольска, не все видишь, — набравшись смелости, сказал Чиф.

— Да, это твои дела. Сам выкручивайся. Сейчас, как ты понимаешь, Макар на положении. Так?

— Так.

— Если с ним что-нибудь случится, пеняй на себя!

— Понял, — отозвался Чиф, чувствуя, как холодеет спина.

— Нет, ты не понял. Если Макар сдохнет от передозировки — ты покойник. Если Макар заболеет — ты покойник. Если Макар просто чихнет — ты покойник. Теперь ясно?

— Ясно.

— Ну, удачи тебе, Чиф. Если, что…

— Спасибо, — машинально отозвался Чиф.

Джек отключился. Чиф опустился на диван. Его начало трясти.

— Я ничего не понимаю, — сказал Иван.