Дело Рихарда Зорге

И потому, когда весной 1935 года Макс получил телеграмму из 4-го Управления с указанием вернуться в Москву, он ее просто проигнорировал. Не тронула его и вторая телеграмма в его адрес — более повелительная по содержанию.

Однако жить тихо и мирно на берегах Волги ему все же не позволили. В апреле руководитель энгельсского филиала коммунистической партии объявился собственной персоной в маленьком городке, где жили Макс и Анна, и пригласив к себе Макса, он, размахивая телеграммой от маршала Ворошилова, категорически, не терпящим возражения тоном сообщил Максу, что он должен немедленно отправляться в Москву.

Макс вынужден был подчиниться. Он уехал в Москву без Анны, вооружившись рекомендательным письмом от энгельсского комитета партии в адрес 1-го Управления Красной Армии. Макс прекрасно знал, что документ был не по адресу, как знал и то, что это приведет к путанице и задержке, когда он появится в Москве, однако это никоим образом не расстраивало его. Наоборот, он испытывал чувство злорадного удовлетворения, поскольку давно затаил злобу на 4-е Управление за то, как оно с ним обошлось.

В любом случае он не был, как правило, расположен вновь работать с разведкой, и потому должным образом доложился в 1-м Управлении. Как он и ожидал, лишь после нескольких телефонных звонков офицеров этого управления он был, наконец, востребован в собственном управлении.

Оказавшись, наконец, по адресу, Макс был препровожден в кабинет генерала Берзина, который сразу спросил его, почему он проигнорировал две телеграммы, вызывавшие его в Москву.

Макс ответил, что, во-первых, жизнь его на Волге «достигла экономической и общественной стабильности», а во-вторых, что он просто хотел восполь-зоватся случаем, чтобы выразить протест против ссылки его в качестве наказания в этот район. Берзин пообещал разобраться и ответил согласием на мольбу Макса позволить ему забрать в Москву и Анну, остававшуюся пока в Поволжье.

Вернувшись в Москву с Анной, Макс с помощью 4-го Управления купил дом в пригороде Москвы — Химках.

Устроив там Анну, он решил сам жить в радиошколе, посещая Химки раз в неделю, так что Анна фактически все время пребывала в одиночестве. Но не прошло и месяца, как Максу, возможно, в результате давления со стороны Анны, женщины долготерпеливой, но далеко не бесхарактерной, удалось снять комнату для двоих в центре Москвы, хозяин которой, по словам Макса, заводской рабочий, «уехал из Москвы, чтобы избежать летней жары».