Дело Рихарда Зорге

Лушков был из числа высших офицеров ГПУ, одной из военных функций которого была охрана границ Советского Союза. Предательство генерала было вызвано разворачивающимися по всей стране чистками оппозиционных групп, проводившимися Сталиным, которые затронули и ряды самого ГПУ. До своего побега Лушкову удалось благополучно переправить семью в Европу.

На первых допросах Лушков подробно объяснил японцам структуру внутренней оппозиции в Сибири и подготовил большой отчет о состоянии дел на внутриполитической советской сцене.

Эту информацию японцы передали полковнику Шоллю, который показал ее Зорге. Разоблачения произвели сильное волнение в германском посольстве, и Шолль даже радировал в Берлин, прося срочно прислать в Токио специалиста по Советскому Союзу, чтобы допросить Лушкова по вопросам, представляющим особый интерес для германского правительства. В то же самое время Зорге отправил серию радиосообщений в Москву с изложением предварительных результатов показаний Лушкова.

Московский Центр, как обьино, хранил угрюмое молчание.

Когда прибыл специальный посланник адмирала Кана-риса, полковник Грелинг из военной контрразведки, вновь принялись допрашивать Лушкова. В результате появился меморандум объемом около сотни страниц, озаглавленный «Отчет о встрече между Лушковым и специальным германским посланником и полученная в результате этого информация».

Шолль одолжил этот документ Зорге, который тут же сфотографировал большую его часть, пропуская те места, где Лушков, в частности, излагает свою собственную политическую позицию, после чего радировал в Москву, в довольно резкой форме попросив инструкций относительно того, стоит ли ему брать на себя труд пересыпать этот меморандум в Москву.

«Сделайте все возможное и используйте все доступные средства для получения копий документов, полученных специальным посланником Канариса от японской армии или копий документов, полученных лично посланником от Лушкова.

Микрофильм был отправлен с курьером, и его содержимое продемонстрировало Советам ту степень опасности, которую представляли показания Лушкова, и, соответственно, тот резонанс, который они могут вызвать на самом высоком уровне.