На шум разговора вышел сосед, держащий малютку на руках. Вася кинулась к ней, бережно забирая из рук мужчины и крепко прижимая к себе.
– Спасибо тебе, Даршит. А я тут помощника себе наняла. Теперь будет кому на рынок бегать.
– Кого это, госпожа?
– Да, мальчишка местный, Митул. Знаешь его?
– Знаю. Серьёзный пацан растёт. Семья правда уж слишком бедная. Отец ранен, как и я. Только у него рука не работает. А одной рукой немного наделаешь. Мать – прачка. Работа тяжёлая. А ребятишек – целая куча. Но если Митула к себе заберёте им полегче будет.
Вася молчала. Семью пацана было жалко. Но вот так сходу, она не могла посоветовать, что делать. Хотя…
– Даршит, так вы с отцом мальца хорошо знакомы?
– Ну, как госпожа, – неуверенно начал тот. – На одной же улице живём, воевали опять же, на одной войне, в трактире видимся… Можно сказать, что я его знаю, – сделал он наконец вывод.
Василина улыбнулась такому подходу и высказала своё предложение:
– Даршит, я скоро уеду. Через несколько дней. Дом совсем бросать жалко.
Я его тебе оставлю и заплачу за сохранение и присмотр, но с условием: ты мне должен раз в месяц все новости, особенно касающиеся меня, присылать. Конечно, магический договор составим. В доме же предлагаю тебе сделать мастерскую и лавку одновременно. Будешь свои игрушки вырезать и сам продавать. Да и не только игрушки. Домашней утвари всякой хозяйкам нужно бывает: миски, блюда, подставки, ящики, доски для разделки. Да мало ли чего ещё придумаете. Из дерева можно много чего делать. А может и глиняную посуду осилите со временем.
А в помощники себе возьми отца Митула. Вот и будет у вас постоянное дело.
И она, вынув из мешочка горсточку золотых, не считая протянула их Даршиту. «Должно хватит на обустройство», – подумала Василина. Даршит застыл как изваяние и не сводил с неё глаз, пока она всё это говорила. Не сдвинулся с места, когда она протянула деньги, продолжая сверлить её настороженным взглядом.
– Эй, Даршит! Всё в порядке? Что такого необычного в моём предложении?
– Всё, госпожа.
Так никто не делает. Вы даёте деньги и предлагаете дело совсем незнакомому человеку, не рассчитывая на возврат и даже не думая о нём.
– Ну, правильно. Мне это и неважно. Мне важно, чтобы пацан о семье не переживал. Важно, чтобы дом был присмотрен. И если для этого надо расстаться с несколькими золотыми, пусть и двумя десятками золотых, то я готова это сделать ради своего спокойствия. По-моему, справедливо.
– Справедливо госпожа, – выдохнул Даршит.
