Пол некоторое время рассматривал снимок, затем восхищенно присвистнул:
— Класс!
— Да, Пэттон знает толк… Пол, ты ведь хотел поговорить со мной?
— Я хочу уточнить план действий.
— Ты находишь Пэттона, потом Маджери Клун. Мы беседуем с Пэттоном, пытаемся вытянуть из него признание. Ну а потом дело станет за прокурорами: в Кловердале и здесь. Они выступят в качестве обвинителей…
— Можно подумать, это все так просто и легко!
— Хочется верить, именно так и будет…
— Думаю, я найду Фрэнка Пэттона, — сказал Дрейк.
— У меня есть его приметы: ему пятьдесят два, высокий, плотного телосложения, с сединой и коротко подстриженными усиками; с чувством собственного достоинства; на правой щеке родинка. У Брэдбери в номере есть подшивка газет «Независимость Кловердаля» с рекламой, которая послужит уликой, кроме того, мы можем использовать эту фотографию. Прости, повторюсь: план Пэттона слишком хорошо продуман и прокатан для того, чтобы осуществить его лишь в родном городе. Я выясню, где он еще побывал…
— Отлично, — сказал Мейсон, прикурив сигарету, — действуй.
— Но как это будет выглядеть?
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, в каких пределах нам дозволено вести дело?
Мейсон усмехнулся:
— Вот за этим-то я и ходил к окружному прокурору. Да в каких можешь…
— Стоит ли известить Брэдбери? — поинтересовался детектив.
— Нет, об этом мы ничего ему не скажем. Обнаружив местонахождение Пэттона, держим все при себе. А после встречи с ним сообщим Брэдбери, что уже сделано.
Но учти, мы не станем докладывать ему о наших действиях в процессе расследования.
— Я обещал докладывать все своему клиенту, — забеспокоился Дрейк.
— Ничего, — успокоил его Мейсон. — Я — поверенный твоего клиента. Ты докладываешь мне, а я беру на себя всю ответственность…
Детектив задумчиво посмотрел на Перри Мейсона.
— Мы сможем справиться? — спросил он.
— Да.
— И прокурора округа не волнует, каким образом мы добудем признание?
— Нисколько, — ответил Мейсон. — Ты же понимаешь, они не могут использовать «непарламентские» методы.
А мы можем.
— Ты имеешь в виду насилие?
— Не обязательно, есть пути и получше. Мы просто поставим его в неловкое положение во время беседы. Я даже знаю, как…
— Почему в Кловердале прокурор не стал заниматься этим делом? — спросил Дрейк, раскачиваясь на стуле.
— Во-первых, у него не было подобной ситуации в судебной практике; во-вторых, все «тузы» в Кловердале — захолустные молокососы.
