Он лежал на полу в нижнем белье, халат наполовину надет. Удар нанесен кухонным ножом чуть выше сердца.
— Есть какие-нибудь зацепки?
— А почему вы это спрашиваете? — сурово поинтересовался Джонсон.
— Вы не так поняли, парни, — от души рассмеялся Мейсон. — Ничто меня с этим человеком не связывает… Я лишь хотел побеседовать с ним. Грешно говорить, но на самом деле меня его смерть не так и печалит…
— Что вы этим хотите сказать? — строго нахмурил брови Райкер.
— Вы можете все выяснить, поговорив с Карлом Манчестером, у окружного прокурора, — объяснил ему Мейсон.
— Мы вместе работали по делу Пэттона. Я должен был выступить в качестве обвинителя, чтобы отправить негодяя за решетку.
— За что? — спросил Райкер.
— Мы располагали компрометирующими материалами, поэтому я явился к нему. Мне предложили выудить из Пэттона кое-какие признания, причем с подключением судебного разбирательства… Карл Манчестер дал мне на это свое «добро»…
— Изложите нам факты, — попросил Джонсон.
— Этот тип, — начал Мейсон, — делал деньги на девушках с красивыми ногами, естественно, при этом отчаянно жульничая. Промышлял он в маленьких городишках. У него в помощниках ходили представители Торговой палаты, которых он совершенно чудовищно обманывал.
— Вы хотите сказать, что ему удалось перехитрить ребят из Торговой палаты? — спросил Джонсон.
— Конечно, а почему бы нет?
— Но ведь эти парни славятся своей хитростью, им палец в рот не клади…
— Это они так думают.
На самом деле с ними как раз и играли разные шуточки. Если хотите знать, они чересчур тщеславны и недальновидны.
Райкер оценивающе посмотрел на Перри Мейсона:
— Ну вы и могучи…
— В смысле?
— Ваши услуги недешево стоят.
— К счастью, да.
— Ладно. Кто-то, видно, не пожалел денег, чтобы вы занимались этим типом?
— Конечно, но это не разглашается.
— Хорошо. А кто?
Мейсон покачал головой и лукаво улыбнулся:
— Ох, этот кто-то — капризный, капризный…
— Что вы имеете в виду? — спросил Райкер.
— Ладно, парни. Вы зарабатываете на жизнь, как и я. Вы спросили у меня то, что, возможно, хотели знать. Но это моя профессиональная тайна, как, например, у гинеколога или гадалки… Если бы это относилось к убийству, я бы еще подумал, но мои труды не касаются вашего дурацкого дела, — сказал Перри Мейсон, широко улыбаясь им.
