— А сам Виктор Анатольевич не мог позвонить?
— А ему статус не позволяет, — без обиняков объяснил Горбанюк. — Но человек переживает, не думай. Ты же у него одна… не считая остальных.
Краем глаза я следила за событиями на экране. Страстные объятия, заявились дружки-собутыльники, так некстати объявилась мама… Я еще не выучила этот фильм наизусть, и интрига сохранялась.
— Ты извинись от меня перед мужем, — сказал Горбанюк. — Все же посторонний мужик звонит. Но, сама понимаешь… коллектив волнуется.
— Хорошо, — согласилась я.
— Извинюсь. Никаких проблем. Новости есть?
— Безрадостные, Маргарита Павловна. Вызвали кинолога с собакой, дошли до дороги, где собака и села. Другого от нее и не ждали. Нелюдь прибыл и убыл на машине. Ночью и утром шел сильный дождь, смыл следы, если таковые были. В окрестностях тела ничего интересного не нашли…
— Биоматериал? — перебила я. — Кровь, сопли, слюни, сперма, может, моча?
— Ничего, — повторил капитан. — Убийца не зря раздел жертву и забрал одежду. Он не дурак.
— Он точно был один?
— А маньяков бывает двое? — озадачился собеседник.
— Хотя тьфу на меня, за такие слова можно и выговор получить…
— Вот именно. Ты еще скажи, массовый убийца, или, как говорят за бугром, серийный убийца. Виктор Анатольевич такое не одобрит. Серия подразумевает несколько аналогичных эпизодов. Нам только этого не хватало.
— Согласен. То, что случилось, уже перебор. До пенсии расхлебывать. Убийство совершено с крайней жестокостью, такого мы еще не видали. Похищение, изнасилование, убийство, да еще и скальпирование — и все это касается десятилетней девочки… Павла Афанасьевича Егорова увезла с инфарктом скорая.
Возможно, выкарабкается, но работать уже не сможет. У матери Дины поехала крыша — будем надеяться, вернется на место. Отец держится, но замкнулся, слова не вытянешь. В общем, что удалось выяснить… семье не угрожали, никакие подозрительные личности вокруг дома не крутились, жизнь шла своим чередом…
— Он просто хватает девочек примерно одного возраста, возможно, с определенной внешностью, — сказала я.
— Где ему удобно, где есть возможность остаться незамеченным — там и хватает. И неважно, кто она — внучка председателя горисполкома или дочь технички. Отключает сознание эфиром, бросает в багажник и увозит…
— А ты откуда знаешь? — насторожился Горбанюк. — Так говоришь, словно случай не единичный.
— Предположение, — объяснила я. — Что еще?
— Ничего. Снова отрабатывали те самые гаражи за школой. Опрашивали всех подряд.
