Перед нами действительно стояло кособокое сооружение из грубо обработанных брёвен, с горбатой трубой, жёлтыми черепами над входом и настоящими куриными ногами (если бывают куры шести метров росту!) Всё замшелое, грязное, обросшее паутиной и пыльное, как мечта аллерголога. Но самое обидное, что клубок здесь-то и сдох, словно выполнил свою миссию, выведя нас к «дому»…
– Никита Иванович, а вот разуйте глаза сироте, это что ж, бабуля так шутку пошутила или и впрямь… Да не ёрзай ты по хребту, гангрена!.. и впрямь клубком ошиблась с бодрого склерозу?
– Не сметь так говорить о своих же заслуженных сотрудниках! – Горох, не удержавшись, пнул Митьку сапогом в зад.
Тот сдуру ответил тем же! Девицы на их спинах радостно взвизгнули, всерьёз изготовясь к конному бою.
Я спустил девочку наземь и решительно встал между драчунами:
– А ну, прекратить внутриведомственные разборки! Вижу, что устали, нервы на пределе, душа разрядки требует, но ни рук, ни ног не распускать! Митя, даже не надейся доплюнуть до государя, я всё вижу! А вы тоже хороши, взрослый человек, а ведёте себя, как… Что тебе, девочка? Не видишь, дядя-милиционер занят…
– Кричат! В лесу, слышите… – Малышка упорно теребила меня за рукав, пока я сам неожиданно не осознал, что это значит.
Погоня! Шамаханы могут идти по следу, как дикие звери, и если мы куда-нибудь не спрячемся, то крупно влипнем. Решение было только одно!
– Всем в избушку, живо! Женщин, детей и инвалидов – первыми, – командовал я, подсаживая Нюшу наверх, крыльцо находилось примерно на уровне моей груди.
Дуню Брусникину тоже забросили без проблем, а вот с дородной дочерью купцов Обмылкиных пришлось повозиться. Толстая дура орала, визжала, брыкалась и вопила, словно её тут убивают, а мы её всего лишь раскачали и подкинули… Кстати, довольно удачно, если не считать чего-то, громыхнувшего внутри избы. Бабкин кот, несмотря на изрядный вес, полноту и одышку, легко взлетел вверх и шмыгнул за дверь, уверенно задрав хвост. Держу пари, он здесь не в первый раз…
Сначала на крыльцо вскарабкались Митька с царём, потом они за руку втянули меня.
Бесполезный клубок оставаться в одиночестве не пожелал и нагло запрыгнул внутрь, стукнув Василия в лоб, кот полез мстить. Охотничий вой преследователей теперь слышался абсолютно отчётливо, по переливчатой разноголосице я бы насчитал до полусотни шамаханов, но легко мог и ошибиться. Прикрыв за собой хлипкую дверь, мы быстро взвесили шансы.
– Оружия нет, обороняться нечем.
