Онлайн-библиотека книг
Из-за скучной его спины выглядывала Никольская, окрашенная почему-то в кирпично-красный цвет. Вокруг нее до сих пор хоронили именитых горожан, и Лыков спешил именно туда. Уж конечно, Титус, хоть и не коренной житель, должен быть упокоен в этом святом месте. Однако когда коллежский асессор прошел на кладбище, то нигде не обнаружил свежего холмика с временным деревянным крестом. Все захоронения оказались старыми. Больше всего почему-то попалось могил ксендзов, сосланных в Варнавин за участие в восстании 1863 года.
"Городская усадьба Нефедьевых стояла в начале Дворянской улицы, по правой стороне, если идти от собора. Одноэтажный, но просторный, с обширным мезонином дом был заметен издали.
— Жив! Жив! — еще издали радостно закричали они Лыкову. Вне себя от радости, тот подлетел к дамам, схватил их в охапку и сделал так несколько кругов вальса по тротуару. Потом аккуратно поставил, не разжимая объятий, и принялся целовать их по очереди.
Наконец, Агриппина вырвалась из сыщиковых объятий, отступила на шаг и сказала сиплым голосом:
— И будет жить!
Спустя несколько минут Лыков заседал в обширной гостиной и пил чай. Варенька с Грушей устроились напротив и рассказывали наперебой:
— Его ударили ножом сзади под левую лопатку. Целили в сердце.
— Но оно же у него не там! — радостно воскликнул Алексей.
— Вот! А тот, кто бил, этого не знал!
Титус имел очень редкую патологию: сердце у него помещалось справа, а не слева. Это обстоятельство ничуть ему не мешало, а вот теперь спасло жизнь.
— Где это случилось?
— В конце Солдатской улцы, за бараками для обучения запасных.
— Как же он спасся, а не истек кровью?
— Его стоны услыхал Тимофей Рукавицын, юноша, который случайно проходил неподалеку.
