И тут же услышал за спиной негромкие хлопки. Он обернулся. Владимир медленно ударял ладонью о ладонь.
– Вам понравилось? – Николай Антонович с некоторым трудом поднялся: во время боя он потратил очень много сил.
– Впечатляет, очень впечатляет, – проговорил Императорский див, опуская руки, – что это? Кроме заклятия изменения формы?
– Очень много всего. Хотя изменение формы – основа, безусловно. Я передам вам всю документацию по этому эксперименту.
– Обязательно. Насколько я понимаю, вы такой один. А позвольте узнать, сколько вас изначально было в контрольной группе?
– Двенадцать.
– А выжили?
– Выжили четверо. Но двоих потом пришлось ликвидировать: они сошли с ума и потеряли контроль над трансформацией. Еще один покончил с собой. Остался только я.
– Вы были добровольцем?
– Да. Мы все были добровольцами. Лучшие выпускники Академии.
– Вы смелый человек, Николай Антонович. И сильный. Мне было приятно сразиться с вами.
Колдун едва заметно улыбнулся:
– Скорее, поиграть? И проверить, на что я способен.
Но ваш маневр меня тоже впечатлил. Теперь я знаю, что слух у дива в человеческой форме слабее, чем в звериной. Но все равно благодарю и за оказанную честь, и за бой. – Он поклонился.
Императорский див тоже наклонил голову. И уже через мгновение облачился в свой элегантный костюм.
– Мы еще не раз посетим этот зал, Николай Антонович. У меня не настолько высокий уровень, как у моего предшественника, и мне регулярные тренировки необходимы. Особенно с новым, незнакомым противником. До завтра.
– Он скрылся за дверью.
– До завтра, – сказал Николай Антонович закрывшейся двери и, потирая грудь, поковылял к своей одежде.
Вернувшись к себе в кабинет, он постоял немного у широкого панорамного окна, за которым открывался прекрасный вид на реку. Доволен ли он тем, как все повернулось? Сложно сказать. Но не жалеет, в этом он был уверен абсолютно точно.
…Комиссия, решающая судьбу оставшихся дворцовых чиновников и колдунов, заседала долго.
Николаю Антоновичу задавали множество вопросов, в том числе неприятных и провокационных.
Он старательно отвечал. Его прежний начальник, в числе прочих, еще вчера могущественных людей, был арестован. А судьба самого Николая Антоновича висела на волоске. Таких, как он, в отставку не отправляют. И дело не только в государственных тайнах, которые он хранил.
– Итак, вы не знали? – Новый министр госбезопасности наконец перешел к главному вопросу.
– Как и многие, я был обманут, – сказал колдун, старательно глядя в пол.
