Если бы ему предложили выбор: пойти в монахи или никогда не иметь ни прав, ни возможности выучиться и использовать силу, что бы он выбрал?
Аверин этого не знал. Монастырь – последнее место, где бы он хотел провести свою жизнь. Не лучше ли пойти в тюрьму за незаконное колдовство? Да, далеко не все мальчики заканчивали Академию. Но у них хотя бы был шанс. А взять, например, Веру. Почему у нее шанса нет? Аверин решил, что об этой несправедливости надо будет обязательно поговорить с ее высочеством. Она должна понять.
С другой стороны, будущая императрица сама выросла в ските.
И, вероятно, именно интересы скитов она будет продвигать больше всего.
Аверин походил по парку и прошелся вдоль Кронверкского проспекта, почти до самого зоопарка. Собаки попадались, но среди них не было ни одного шпица. Он миновал высокую ограду и наткнулся на вывеску «Площадка для тренировки и выгула собак». Внизу была нарисована стрелочка. Мимо прошел пожилой мужчина с бульдогом. По всей видимости, он направлялся именно туда.
Отлично! Наверняка девочка со шпицем не просто гуляла по парку, она, как и остальные, шла на площадку!
Аверин пошел за мужчиной с бульдогом, и через некоторое время они оказались возле солидного поля, окруженного такой же металлической решеткой, что и зоопарк.
На поле виднелись различные приспособления – горки, мостки и прочие собачьи радости, которые не так-то просто отыскать в центре города. Собак было немало. Однако ни одного шпица Аверин разглядеть сквозь решетку не смог."
"Сюда нужно будет вернуться с Коржиком.
И, не вызывая подозрений, поговорить с завсегдатаями. А может, если повезет, див почует шпица и возьмет след.
Аверин направился домой. Попробовал позвонить Анне Сомовой, но дозвониться не смог. И не успел он отойти от аппарата, как раздался звонок.
– Добрый вечер, Гермес Аркадьевич, это Булгаков. Документы готовы. Вы сможете получить осужденного в Первом следственном изоляторе, – сообщил он.
Что ж, глава Управления счел необходимым позвонить лично, а формальности потребовали совсем немного времени.
Вероятно, запрос в Управление был направлен накануне, еще из столицы, после ужина с княжной. Или раньше? И об этом позаботился Владимир?
Как бы то ни было, это отличные новости. Поужинав, Аверин принял душ, немного почитал и лег спать. День выдался длинным и нелегким.
У Булгакова в кабинете он был в половине девятого утра.
Князь поднялся навстречу и пожал ему руку.
– Рад видеть вас в добром здравии. Про вас, признаться, ходили нехорошие слухи.
