Тогда следует ждать новых жертв среди фениксов и прочих любителей огня, – перечислила ряд удручающих последствий Аманда.
– Чтоб меня русалки утопили, – огорчённо крякнул Вэнрайт и рявкнул на дежурного сержанта, выскочившего в холл и глядящего на него круглыми глазами: – Какого рожна покинул пост?!
– Так это... вы верно сказали, сэр... Утопили, сэр!
– Кто утопил? – потряс головой Вэнрайт.
– Русалки, сэр!
– Кого утопили?!
– Дракона, сэр!
Немая сцена в холе полицейского участка могла стать яркой иллюстрацией к тем тибетским практикам, которыми так увлеклась верховная ведьма.
Складывалось впечатление, что всех сотрудников полиции, начиная с дежурного, настиг внезапный и полный тукдам.
Аманда живо представила себе, как засевшие в прибрежных зарослях русалки сбивают пролетающего мимо дракона баллистической ракетой и, злорадно хихикая, тянут в омут вяло протестующую контуженную рептилию. Дракон в фантазиях Аманды тихо бухтел голосом Вэнрайта: «Именем закона, отставить безобразие!» и был в десять раз крупней любой русалки и в тысячу раз мускулистее её.
Троица русалок пыхтела и обливалась потом, но упорно тянула тушу дракона в воды реки.
– Простите, сержант, а почему они его утопили, уже известно? – заинтересовалась Аманда. Вопрос, не имеющий отношения к токсикологии, но любопытный сам по себе.
– Он загорелся, мэм. Вот они его в воду и сунули, чтобы потух.
– Вас в полицейской академии теперь не учат доклад начинать с главного?! – взревел Вэнрайт, меняя ипостась, и к нему молниеносно подскочили бойцы спецотряда, активируя рабочие амулеты невидимости.
Встревоженная Аманда оглянулась на свою заместительницу, и белая как мел Лия поняла её без слов:
– Планёрку проведу, все текущие дела мы распределим между собой без тебя, лети с опергруппой. Если что – ты на связи, знаю. Захвати метлу, шеф, а то придётся долго ждать отправления машины опергруппы в обратный путь. Удачи!
Один из немногих врачей Атланты, имеющих лицензию на оказание медицинских услуг Иным, к моменту прилёта полиции уже складывал в чемоданчик тюбики и бинты.
Утопленный дракон был жив: он лежал на берегу реки, раскинув лапы, и судорожно вздыхал под причитания заплаканных русалок. Правое плечо и крыло дракона усеивали марлевые повязки, источающие запах мази, ускоряющей заживление ожогов.
– Через пару минут всё можно снять – восстановление подкожного слоя идёт чуть медленней ожидаемого, но всё-таки куда быстрей, чем у людей, – сообщил врач.
