Демон

Не сдвигаясь с места, Нерих парировал его удар. Страшное оружие палача казалось продолжением руки своего хозяина. Я видела мелькавший золотой череп, обозначающий направление движения секиры. Эльф тоже видел, а это не позволительно – следить за клинком своего противника. Это неминуемо приводит к поражению.

Лезвие секиры прошлось по предплечью Истала, заставив того отпрыгнуть в сторону. В его руке что-то мелькнуло. Вампир угрожающе зашипел, и бросил секиру вперёд. Последовала вспышка. На краткий миг всё заволокло туманом, а когда он рассеялся, я увидела лишь торчащий в стене топор.

Нерих грубо выругался.

– Телепортационные шары. И где он их достал… – прошептал себе под нос советник. Я пошевелилась, пытаясь обратить на себя внимание.

Нерих повернул голову в мою сторону. Его лицо посерело. Он медленно приблизился и коснулся моего лица холодными пальцами, от которых стало легче переносить жгущую боль.

– Что он с тобой сделал? – прошептал хранитель.

– Нерих, он наполовину демон…

– Я знаю.

Именно поэтому ты не выносила бы этого ребёнка, который рос так быстро… – вампир отвёл взгляд. – Да и… не смогла бы теперь…

– Но почему ты отправил меня сюда, если знал, что всё так и будет?

– Потому что это был его план. Он надеялся, что я ничего не понимаю. Что не знаю о том, что Жар не пленник Неги, а её подельник. О том, что маг вызвал короля демонов намеренно.

– И ты не пытался всему этому помешать! Почему?

– Пытался, пока мог. Я надеялся сорвать ритуал, убив Истала, но демонические силы не позволили ему умереть.

Это можно было списать на мою месть ему… Я поморщилась. Именно так я и объяснила поведение советника.

– Зачем же ты потом заставил меня его лечить? Заставил его выпить мою кровь?"

"– Кровь любящего человека изгоняет все дурные помыслы. Но, видимо, до его сердца твоя любовь уже не доходила. Потом я уже не мог ничему помешать, не выдав себя.

– А план Истала заключался в том, чтобы затащить тебя в ловушку, с моей помощью.

Вампир кивнул.

– Но я пришёл раньше. И всё равно упустил его, – вампир отвернулся от меня и отошёл к разбитому окну. – Теперь они будут действовать в открытую.

Он ненадолго замолчал, а потом, опершись на подоконник, вновь обернулся, глядя мне в глаза.

– Ты ненавидишь меня, но я не хотел ничего плохого. Оглянись назад и пойми, наконец, что всё выглядит не так, как ты себе представляла.

Последний кусочек мозаики встал на своё место.