Демон

Потоки боли распространялись по всему телу, вызывая какое-то неведомое доселе ощущение. Хотелось вскочить и броситься бежать. Всё равно куда – главное, что это будет свобода. Никто не сможет меня догнать.

– Сколько до полнолуния? – разбил мои размышления голос мужчины, в котором я наконец смогла узнать Нериха.

– Всего ничего, – ответила ему Пулона и добавила: – Что же теперь делать? Нельзя же…

– А ты видишь другой выход? – резко оборвал её вампир. – Нам ничего больше не остаётся.

– Но… – несмело возразила вампирша.

– А кто? Самое опасное животное.

– Я думала, что самое опасное животное – вампир. Нерих опять засмеялся.

– Я вижу, ты до сих пор не смогла понять свою же суть.

Снова воцарилась тишина. Я старалась не дышать, ожидая, что будет дальше и, пытаясь разобраться в том, что я услышала. Я-то пыталась, да вот голова мне в этом помогать не собиралась, отказываясь думать.

Рискуя дать обнаружить своё пребывание в сознании, я слегка приподняла веки, сквозь ресницы разглядывая обстановку.

Я была в незнакомом месте, как-то не соответствовавшем виду стоящих надо мной вампиров: светлые стены, увешанные тёмно-зелёными гобеленами, стоящая у дверей эльфийская стража… Эльфийская? Ну да, оборотень ведь напал на меня, когда я уже пересекла границу. Вот только что здесь делают Нерих и Пулона? И где Жар? Я ведь видела его…

– Пошли, – просто сказал Нерих, который даже не смотрел на меня, обратив свой взор куда-то за пределы окна, хранившего вечернюю темноту.

– Но…

– Она вернётся, – улыбнулся советник, перебивая вампиршу. – Ведь правда, королева? – он наконец посмотрел на меня.

Не таясь больше, я широко открыла глаза, глядя вампиру куда-то в район шеи, которую можно обхватить руками и…

– Не получится, – расхохотавшись, самоуверенно заявил советник, без проблем разгадав намерения, отразившиеся на моём кровожадном лице. – Ладно, – резко оборвался его смех.

– Ты в праве сама вершить свою судьбу. Ты можешь остаться законной королевой Фанории, а можешь вернуться в Данкалию и продолжить войну с регентом. Есть даже третий вариант, и ты скоро о нём узнаешь. А когда узнаешь, тогда задумайся хорошенько: сможешь ли ты жить так, как прежде.

Он развернулся ко мне спиной и, кивнув Пулоне, направился к двери, которую тут же открыл один из стражников.